— Да, я тоже обратил внимание, что он пообещал всего лишь не вызывать на дуэль. Доставать неприятеля можно множеством других способов. Ладно, прорвемся.
— Слышали? — спросил проявившийся Валерон и ткнулся Наташе в руку — мол, давай надевай на меня комбинезон. — Эта пара на нас точно злоумышляет.
— Будем разорять?
— Конечно, будем, — согласился Валерон. — Только делать это нужно осторожно. Так, чтобы на тебя не подумали и у тебя чужих вещей не нашли.
— Кстати, что это за история с жемчугом? — вспомнила Наташа.
— Наташ, честное слово, я его купил, а не выиграл в карты.
— А что-то еще ты выиграл, чтобы это не стало для меня неожиданностью, если вдруг это опознают?
Я не отвлекался от дороги, потому что не знал, насколько сильна моя супруга в определении правды по лицу и выражению глаз. Впрочем, я врать не собирался. Так, немножко недоговорю, чтобы не расстраивать.
— Дом и немного денег. Вместе с жемчужным гарнитуром купил бриллиантовый браслет, потом отдам. Происхождение его не знаю, если честно. Опознание Антошей для меня стало неожиданностью, хотя он мог и соврать. — Я поймал восхищенный взгляд Валерона — мол, это надо же так словами играть. — А, еще из сейфа Воробьева два набора тоже тебе отдам, остальное там было очень безвкусное, мне в работу пойдет. Но если хочешь, могу показать все. Вдруг что понравится. Это тоже честное приобретение, потому что в договоре покупки был пункт: «Со всем содержимым». Но опять же, насколько оно было честно приобретено самим Воробьевым, я не скажу.
— Пекарня! Пекарня! — запрыгал на Наташиных коленях Валерон, отвлекая нас от неприятного разговора.
Я подрулил к тротуару и спросил:
— Тебе столько же или меньше?
— Больше, — облизнулся Валерон. — Мне запас нужен. Перетащил — подкрепился. Перетащил — подкрепился. Чтобы за ночь как раз все перетаскать.
— Успеешь?
— Должен. Гриша сказал, завтра утром будут выдвигаться. Он уже с кем-то договорился. Так что желательно все до завтра вытащить.
— Ты не перенапряжешься?
— Самое тяжелое я уже перенес. И помногу брать не буду.
Я посмотрел в его честные глаза и сразу припомнил астафьевские захоронки.
— И ничего постороннего чтобы не тащил. Только то, что уже есть в доме.
— За кого ты меня принимаешь? — оскорбился Валерон. — Короче, оставишь пакеты в гараже, я с ними до утра разберусь. Никто ничего не заметит.
В результате пакеты с пирожками пришлось заносить в два захода. Пахли они одуряюще, но мы с Наташей решили не объедать бедного Валерона. Тем более что нас должны были покормить дома. Заодно и проверим, насколько хороша кухарка.
Пока нас не было, горничная, сходившая на рынок, купила не только продукты, но и воз дров, которые Савелий вовсю колол при нашем появлении. Пришлось посигналить, чтобы он нас заметил и открыл ворота.
Валерон с пакетами остался в каретном сарае, мы же прошли в дом. Дом пока не протопили. Наташина комната полностью прогрелась, поэтому она перенесла артефакт в соседнюю, обозначив ее как мою спальню. Пока нас не было, обе эти комнаты привели в порядок и застелили.
Дом требовал тщательного осмотра. Но мы настолько умотались за этот день, что, не сговариваясь, сразу после ужина, оказавшегося на удивление вкусным, отправились спать. Дом потихоньку начал прогреваться, так как заработала его отопительная система, поэтому артефакт я отключил и задумался над вариантом нормальной отопительной системы. Такой, какую нам поставил Коломейко. Может, и имело смысл демонтировать ту, в Дугарске, и попробовать ее установить здесь? Справочники у меня есть — вдруг разберусь? А не разберусь — можно будет специалиста пригласить, а пока у нас альтернативная система есть, не замерзнем.
С этими мыслями я уснул, а проснулся от тихого усталого тявка Валерона.
— Петь, там тебя опять пришли убивать. Давай труп Антоше подкинем? Ну, чтобы Наташу не пугать.
Глава 16
— В смысле труп? — не сразу врубился я спросонья.
— Ну… — протянул Валерон. — Я устал, вымотался, пироги закончились, настроение испортилось. Поэтому, когда я увидел незнакомого мужика с ножом, я в него плюнул.
— Он точно труп? — сразу припомнил я мелкие и не совсем точные плевки Валерона. — У тебя плевок не сказать чтобы был очень сильный.
— У меня для тебя две новости. Обе хорошие. Первая — мои плевки тоже прокачались. Вторая — после их использования крови нет. Труп ничего не напачкал.
— То есть труп… Надо убирать, пока никто не заметил.
— Так я того, убрал уже. Просто я могу его куда-нибудь не туда случайно выплюнуть. Вот и надо решить, куда его деть, чтобы мне тяжести не таскать.