Я посигналил, Савелий распахнул перед нами ворота, и автомобиль вкатился сначала во двор, а потом и в гараж, где Леонид отбросил последнее стеснение и залез смотреть автомобильные внутренности, время от времени спрашивая меня то про одно, то про другое и разражаясь восторженными «О-о-о!». А когда он дошел до мотора и узнал о возможностях того, вообще пришел в экстаз.
— Тебе непременно надо открывать их продажу, — заявил он. — Это ж такая мощь. С руками отрывать будут — он и локомотив с легкостью потянет.
— Дорогие перевозки выйдут, — заметил я. — Это при мне всегда есть магия, а как остальные?
Здесь я немного приврал, поскольку конструкция конкретно этого двигателя позволяла ему накапливать магию, буквально вытягивая ее из воздуха, а значит, такой двигатель мог функционировать и без мага в комплекте, но энтузиазм Беляевых следовало немного остудить.
— Эх, обидно. Почему самое интересное — и мимо? — вздохнул Леня.
— А что Юрий Владимирович хотел? — напомнил я о цели визита.
— Узнать, что там с домом, — пояснил Леня. — Он сильно сомневается, что тебе удалось заполучить особняк.
— Оформлен честь по чести, — ответил я. — Сейчас вот телефон перерегистрировал. Так что будем с твоим отцом перезваниваться, и всю информацию он сможет получать из первых рук.
— Я ему так и сказал, что наверняка все в порядке. Ты у нас нынче везунчик, избежавший двух покушений.
— Трех, — поправил я его. — Труп третьего убийцы лежит у меня в комнате под кроватью. Думаю, кому его отправлять.
— А ты неслабо развлекаешься, — с завистью сказал Леня.
— Учти, это секрет, — спохватился я.
Почему-то в сводном брате я был полностью уверен. Мне казалось, что уж кто-кто, а он точно не осудит, а предложит свою помощь. Эта уверенность опиралась на годы общения — не было в Лёне гнильцы, он всегда был готов помочь и при необходимости прикрыть.
— Я никому, — клятвенно сказал он. — Этот труп хотя бы покажешь?
— Чего на него смотреть? — удивился я.
— Я никогда трупов не видел, — пояснил Леня. — Хочу пробелы в своем образовании закрыть.
— Разве что, — с сомнением сказал я. — Давай я тебя лучше с супругой познакомлю. Ты поди, княжон так близко раньше тоже не видел.
— С нами одна учится, — отмахнулся он. — Щепкина.
— В Политехническом? — удивился я.
Фамилия в моей голове сразу включила цепочку ассоциаций. «Щепкины — алхимические красители». В их зону я тоже собирался наведаться, сразу после Верховцевых. Знакомство Лени с представительницей семейства выглядело перспективно.
— Ей с магией не повезло, а голова светлая. Была бы из простых, может, и не взяли бы, а так и взяли, и знания свои она в княжестве применит успешно, как я думаю. Эх, жалко, морковку не захватил, но кто знал, что у тебя здесь еще и зоопарк.
Он потрепал по носу сунувшуюся к нам лошадку, которая не выглядела недовольной соседством железной коробки, возможно, потому, что мой автомобиль вонючим не был — двигатель-то там работал на совсем иных принципах, чем в моем прошлом мире и чем некоторые в этом.
— Ты пакеты с выпечкой забыл, — напомнил Леня, когда я уже пошел на выход. — Они в автомобиле все провоняли своими вкусными запахами. К обеду брал?
— Они не нам, — ответил я. — Пусть пока полежат.
В доме первым делом я прошел в кабинет, важно напоказ перед Леонидом повертел ручкой и попросил соединить меня с номером отчима, после чего передал трубку Лёне.
— Добрый день, папа! — бойко сказал он. — Добрался. Проверил. У Петра все в порядке. Дом развалиной не выглядит, хотя уборки требует. Но такой добротненький, дворянский. Портрет здесь на стене висит этакого важного брылястого господина.
— Портрет уберем, — спохватился я. — Нам он без надобности.
Племяннику, скорее всего, тоже, иначе попытался хотя бы памятные вещи выкупить. Нужно будет вообще весь хлам перебрать и ненужное продать. А что? Кому-то портреты чужих родственников очень даже придутся ко двору — владельцы будут гостям заливать, что это их аристократические предки. А если еще художник какой известный… Я с сомнением посмотрел на портрет мужика в кабинете. Оценивать надо. И другие — в доме картин развешано было много, так что есть шанс обнаружения жемчужины.
Переговорив с сыном, отчим решил переговорить еще и со мной. Я подтвердил и что со мной все в порядке, и актуальность телефонного номера — теперь мы всегда могли быть на связи. Разумеется, если я поблизости от кабинета. Хотя телефонный звонок настолько противный, что наверняка слышен в любой части дома. Пока мы болтали по телефону, подошла Наташа, я познакомил их с Лёней, представив его братом, каковым, в сущности, и считал. На удивление, общий язык они нашли сразу и вскоре дружно хихикали.