— Да, я тот, кто приносит удачу. Но… — жалобно сказал дух, — здесь негде прятаться, и все открыто. И пахнет странно.
— Вкусно здесь пахнет, — недовольно тявкнул Валерон. — Ты еще пирогов наших не пробовала. Попробуешь — за уши не оттащить будет. И энергия здешних магов вкусная. Для пряток здесь есть куча мест. Много комнат с разными мебельными штучками, а в библиотеке так вообще лабиринт из книжных шкафов. А еще чердак есть, там вообще столько всего свалено. Мы с тобой еще поиграем. Хоть прямо сейчас.
Валерон исчез, зато в кабинете раздались топанье детских ножек, детский смех и собачий лай. Потом Валерон тявкнул:
— Пойдем смотреть.
И звуки удалились.
— Это что было?
— Я активировал кристалл с духом-защитником дома, — пояснил я. — Валерон пытается убедить духа, что с нами можно заключить договор, хоть мы и не из Страны восходящего солнца.
— Я сейчас.
Она исчезла с такой же скоростью, как и Валерон с новым товарищем, но появилась раньше них с ярко-красным шелковым цветком в руках.
— Нужен подарок, — пояснила она.
— Почему цветок?
— Это же девочка, — убежденно сказала Наташа. — Ей непременно нужно что-то красивое подарить.
Вскоре вернулись Валерон и дзасики-вараси.
— Петр, ей все понравилось, и мы договорились, — радостно тявкнул Валерон. — Поскольку ты не все время здесь живешь, то она будет брать по одному проценту в день с каждого мага в доме, как только он уснет.
— Но мне придется предупреждать гостей.
— Сдурел? — возмутился Валерон. — Отъема энергии никто не заметит, к утру полностью уровень восстановится. А про духа-хранителя никто не должен знать. Давайте быстро заключайте договор, а то время уходит.
— Я Хикари, добрый господин, — прозвучал голос-колокольчик. — Есть ли что-то, чего я не должна делать?
— Прятать нужные вещи, пугать живущих в доме и шуметь по ночам нельзя. Тебе нужно что-то кроме энергии от магов? Валерон умеет поглощать энергию из человеческой еды.
— Я ее тоже научу, — оптимистично сказал помощник. — Но ей нужно начинать с чего-то легкого. С чашки молока, например. И завтра. Сегодня пусть обживается, ищет себе место. И эта чашка должна быть серебряной, в идеале сделанной лично. Кстати. Вот, должно хватить и на чашку, и на тарелочку.
Он выплюнул три серебряных подстаканника с приметной эмблемой дирижабельной компании.
— Валерон… — простонал я.
— Не смотри на меня так, — возмутился он. — Это компенсация со стюарда. И она была раньше украдена им. То есть мы дирижабль не обворовывали. Мы взяли то, что было украдено до нас. Имеем право.
Особенно мне понравилось это самое «мы». Но сейчас точно было время не для нравоучений.
— Договор? — прозвучал голос-колокольчик.
— Договор, — согласился я и протянул руку, по которой хлопнула детская ладошка, а тонкая связывающая нас нить стала прочной и разрушится только после моей смерти. — Добро пожаловать в наш дом, маленькая хранительница Хикари.
— Прими от нас подарок, — сказала Наташа и протянула шелковый цветок.
— Это мне? — недоверчиво спросила Хикари.
— Тебе. Нравится?
— Очень, очень нравится, — радостно ответила дух.
Цветок повис в воздухе, а потом растаял, и послышался звук быстро удаляющихся босых ножек по паркету. Дверь в кабинет открылась и закрылась сама собой.
— Ей, наверное, тапочки нужны, — озабоченно сказала Наташа. — Зима, сквозняки…
— Духи не болеют, — мрачно сказал Валерон, как будто не его не так давно тошнило снегоходом. — Все, я побежал, пока ничего не решили без нас.
— Стой! — попытался я его остановить. — Вот ведь… Сбежал. — Я потряс подстаканниками. — Владельцы компании точно на нас не злоумышляли. И что мне теперь с этим делать?
— Переплавить? — предложила Наташа, с трудом сдерживая смех. — Не возвращать же со словами: «Наша собачка вас немного пограбила»? Посмотрят на собачку, усомнятся и решат, что кто-то из нас страдает клептоманией, слухи пойдут. Нам такое не нужно. И знаешь, цены на дирижабельные билеты можно посчитать за злостное злоумышление. Особо злостное. И грабил Валерон не дирижабль, так что в своем праве.
— Не надо ему потакать, а то он сюда полгорода стащит.
— Полгорода к нам не влезет, — расхохоталась она. — Можно не переживать. А вот влезет ли имущество Черного солнца, уже можно беспокоиться. Здесь, кстати, полупустые подвалы.
— Можешь побеспокоиться, — согласился я. — И распределить участки подвала под имущество каждого из оставшихся девяти лучей.
— В крайнем случае у нас есть еще чердак…