Валерон, возмущенный, что кто-то покусился на зону его ответственности, носился от одного служащего к другому, подслушивал результаты замеров, если те проговаривались вслух, и подглядывал, если те записывались. Время от времени он выдавал экспрессивные короткие ругательства по отношению к обманщику, который всех нас ввел в заблуждение.
— Я запомнил, как пахнет его магия! — гордо заявил он, явно набивая себе цену. — Встречу — узнаю. Петь, это же злоумышление, да?
Он поставил передние лапы на кресло, где я сидел, и умильно посмотрел, рассчитывая на полное одобрение своих действий при нахождении преступника.
— Сначала надо понять, зачем он вообще приходил, — ответил я помощнику, но разговаривающий со мной служащий принял это на свой счет и завел свою шарманку с вопросами заново.
Хикари, перед которой Валерон явно красовался, я чувствовал, но она никак не проявлялась, только присматривала, чтобы гости не натворили бед.
— Похоже, навык высокого уровня, — недовольно буркнул один из дознавателей.
Фамилии я не запомнил, хотя документы у всех спрашивал, а заодно узнал, как можно отличить фальшивые от нефальшивых. Это, конечно, не панацея, поскольку подкупленный клерк мог выписать кому-то и подложное на настоящем бланке, но все же хоть какая-то гарантия.
— Что за навык? — заинтересовался я. — У меня есть защита от воздействия на разум.
— Это от прямого. А это что-то типа косвенного, больше на зрение. Собеседник видит то, что ему хотят показать. Не совсем иллюзия, но близко. На маленьких уровнях виден именно тот человек, что практикует, просто он кажется чуть более симпатичным. Или менее — но разница будет невелика. На высоких вы будете видеть совсем другого человека, бонусом идет незапоминание.
Стало интересно, нельзя ли так использовать мимикрию. В конце концов, можно же притворяться не частью стены, а другим человеком? Я обратил внимание, что название навыка произнесено не было, да и само описание результата выглядело очень расплывчатым. Поневоле подумаешь, а не для того ли, чтобы не наводить магов на мысли, как можно использовать свои навыки нетрадиционным способом.
— Каких только навыков у преступников нет…
Для себя я отметил, что у пришедшего в отношении меня плохих намерений не было, иначе бы я почувствовал — навык ощущения чужого внимания тринадцатого уровня уже позволял знать, когда на меня смотрели с нехорошими намерениями. Интуиция, опять же, молчала. А значит, лже-Денисевич на меня все же, к огорчению Валерона, не злоумышлял. Ему от меня была нужна только информация. Возможно, узнай он о настоящем моем участии в восстановлении реликвии, отношение было бы совсем другим. Но пока вот так. И в следующий раз подставляться мне ни в коем случае нельзя. Нельзя, чтобы хоть кто-то видел меня рядом с восстановленной реликвией. А вот интересоваться случившимся — можно и даже нужно.
Кстати, пришедшие больше интересовались лже-Денисевичем, чем восстановлением реликвии. Видно было, что второй интерес чисто формальный, чтобы было чем отчитаться, если вдруг об этом спросят. По реликвии нас опросили единожды и не очень пристально, зато по лже-Денисевичу мы выдержали несколько серьезных допросов, как будто мы каким-то образом были связаны непосредственно с ним.
Кроме нас, опросили Савелия и Глафиру — единственных в нашем доме, кто с ним сталкивался. Но Савелий даже не смог припомнить, на чем приехал важный господин, не то что его внешность. А Глафира повторила то же, что и мы: полный и доброжелательный. Других примет ни от кого не добились.
Княгиня злилась. Как я понял, потому что приехала не к рассказу о восстановлении реликвии, а слушать описания мутного мужика ей было неинтересно и совсем не нужно. Но она сидела с горделивым видом, время от времени пресекая попытки на нас с Наташей надавить посильнее. Кто-то заикнулся о необходимости вызвать своего мага Разума, чтобы тот постарался что-то из нас вытащить, но княгиня так зыркнула в его сторону, что тот сразу же сказал, что результат это, скорее всего, не принесет, поэтому и вызывать никого не нужно. В конце концов, речь идет не о покушении на государственные устои, а копание в мозгах разумника высокого уровня может привести к их повреждению.
Перерыв визитеры сделали всего лишь раз — на обед, а ушли буквально перед ужином. У меня создалось впечатление, что под конец они больше показывали активность, чем действительно надеялись что-то выяснить.
Зато княгиня на ужин осталась и выглядела вполне себе довольной — как человек, одержавший победу.