Я слушала в пол-уха и думала о том, что ожидает нас сегодня ночью. Война с охотниками… Я и помыслить не могла, что на мою долю выпадет еще одна, ведь прошлой хватило надолго, если не навсегда. Наелась, хватит! И если Первые виделись мне эфемерной, сказочной и ненастоящей опасностью, то сформированная и сплоченная армия охотников была явной угрозой. Как тогда, только…
В прошлый раз охотников сдерживали стремления попользоваться нами, поработить и заставить платить ежемесячную дань в пользу их власти. Теперь границ не осталось. Теперь те, кто всегда был против любовно созданной Альриком системы, придут воевать за идею, а такое войны всегда оказывались самыми жестокими.
Защитниц Эрик собрал в кабинете. Кратко обрисовал ситуацию, выделяя ту, кто сегодня остается в доме за главную. И ушел. Еще один способ наказания? Склонностей к ораторству и убеждению у Полины не было, и она умоляюще косилась в сторону Влада, который, в свою очередь, занял позицию выжидающего. Он все еще злился. На нее – за то, что тогда наплевала на его просьбы не высовываться, на Эрика – за сегодняшнее решение. На охотников, наверное, тоже… Во всяком случае, никто бы его в этом не обвинил. Тогда все мы злились. Боялись, конечно, больше – это было заметно по хаотично блуждающим взглядам девушек, которых практически лишили поддержки.
Правда, злость, в отличие от страха, умели скрывать. И маскировать послушанием, ведь перечить вождю, пусть даже другого племени, но главному в альянсе, решился бы только идиот. Вождю – да, но его жене…
Я с некой долей злорадства напомнила себе, что Полину многие не любили. Некоторые – из зависти, другие – за ее несносный порой характер, иные же – за компанию, ведь не зря считается, что самая крепкая дружба – дружба против кого-то. Оттого ее кандидатуру на пост главной в обороне дома защитницы восприняли скептически.
Алиса, казалось, вот-вот взорвется от злости, мне даже померещилось, что из ее ушей повалил дым, как только Эрик вышел из кабинета. Конечно, ведь она – фаворитка, обладательница смешанного дара, умеющая и драться, и творить защитные пассы. А главной назначили совсем не ее… Она прекрасно играла в смирение, когда Эрик находился рядом. Он вышел, и в игре нужда отпала.
Лара – одна из сильнейших защитниц на моей памяти, стройная красотка с аристократическими чертами и железной выдержкой – и та дрогнула. И за плечи себя обняла, будто обороняясь. Лару я знала с детства, она была чистокровной атли, мы вместе росли, и я редко видела на ее лице… не отчаяние, нет – такого она бы себе не позволила. Растерянность. И тень страха, затаившуюся в уголках глаз. Скверно, ведь именно в ней я всегда искала поддержки. С того самого дня, когда Лара вышла за Роберта, я обрела если не подругу, то союзницу.
Я смотрела на девочек, которых учила, перспективных защитниц скади, и на тех, которые пришли в наш дом в поисках укрытия от врага, и понимала, что ничего не могу сделать, чтобы уберечь или хотя бы успокоить. Беспомощность. И досада, но я ее проглотила. В кабинете и без меня были желающие высказаться.
– Отлично, – подытожила Алиса, морща вздернутый нос. Красивая, яркая, эффектная и невероятно напористая, она никогда не молчала, когда ей что-то не нравилось. Впрочем, когда нравилось – тоже. С некоторых пор Алисе нравился Эрик, и она всячески добивалась внимания брата. Полина при этом наверняка виделась явной помехой. – Теперь мы должны исполнять приказы той, которая сама никого не слушает.
Выстрел точно в цель, и цели этой явно достиг, потому как Полина полоснула ее ненавистным взглядом, в котором читалась неподдельная ревность. Глупая ревность… На ее месте я бы вообще забила на всяких соперниц, потому как Эрик не станет смотреть в сторону других женщин. Никогда. Брат в этом отношении пошел в отца и был абсолютным однолюбом.
– Ты не обязана меня слушать, – ответила она резко. – Но если хочешь жить, придется защищаться.
– В доме гораздо больше дыр, чем защитниц, – меланхолично вставил Влад. – Два крыла, три этажа, подвал и огромная гостиная, я уже молчу про чердак. Без воинов дело изначально пахнет провалом.
– Все воины уходят с вами, – буркнула Полина. – Что мне прикажешь делать?
– Дай подумать… – Он деланно нахмурился и саркастично спросил: – Сказать Эрику, что все поняла, и попросить не рисковать жизнями этих девочек и твоей заодно?
– Спасибо, ты очень помог, – огрызнулась пророчица и повернулась ко мне. – Сколько окон мы сможем покрыть защитой?
– Сорок, – ответила я. – Максимум пятьдесят, но рискуем распылить наши силы. Все зависит от того, сколько охотников будет ломать нашу защиту и насколько они сильны. Девочки ослабли во время обороны от Крега, некоторые на грани истощения. Нам нужен кен…