Стремление к возвышению себя-любимого над другими заложено в человеческие гены на самом глубинном, основополагающем уровне, ещё с тех времён, когда наиболее тихие и скромные в первобытном стаде оставались голодными. Очевидно, что обстоятельства жизни мистера Фримена весьма способствовали укреплению этой черты. Кроме того, она искусственно подпитывалась в нём его нейрочипом. Это позволяло сохранять волю в тонусе, не облениться, не утонуть в роскоши и благах, приносимых тебе твоим статусом, а постоянно изо всех сил бороться за его сохранение и укрепление положения в людском муравейнике. Чувство власти над другими — самое прекрасное чувство, которое знал в своей жизни наш юный герой. Оно возвышало, окрыляло, позволяя гордо взирать на окружающих тебя недоделков сверху вниз. Не так ли возвышенный небожитель смотрит на простых смертных?.. «Хотя старик Фрейд, наверное, как раз свёл бы тут всё к специфической форме сексуального влечения», — Генри усмехнулся и, наконец, сочтя, что достаточно помучил бедняжку, произнёс:
— Вы очень даже ничего, миссис Стюарт. Может, мы с вами и договоримся как-нибудь…
В красивых серых глазах женщины появился испуг и как будто бы некоторая толика брезгливости.
— Я… я… н-нет, я н-не могу, мистер Фримен, как… как вы это себе… представляете?.. Нет, я не могу!..
— Ну и дура! — рассмеялся Генри. — Вон.
— Мистер Фримен… пожалуйста!..
— Проваливай.
Во взгляде Сары что-то угасло. Она попереминалась ещё пару секунд с ноги на ногу, наконец, резко развернувшись, направилась к выходу из офиса, уже не сдерживая слёз. «Тупая сучка, — усмехнулся Фримен, когда дверь захлопнулась. — Но «Сквозь горизонт»… Чёрт возьми, вложившиеся в него будут изрядно разочарованы…».
Однако просто отогнать мысли о только что случившемся разговоре почему-то оказалось не так просто. Конечно, Генри нисколько не волновало то, что эта замухрышка отказалась исполнять его фантазии — плевать ему на неё с высокой колокольни, как, впрочем, и на кого бы то ни было, если это начинает создавать чрезмерные проблемы. Но сам факт… Ты в весьма затруднительном положении. Тебе вполне реально нужна хорошая работа — у этих нечипованных ведь всё на лице. Бог знает, что там её недоделок-сын, оставим на её совести, но что проблемы — да, ясно как день. Казалось бы, всё так хреново, ещё не на такое согласишься. Ан нет, не согласилась. Странно? Да, Генри, это выглядит чертовски странно… Сын… Нормальные люди нынче детей-то уже давно не заводят. Толку с них, одни проблемы. Он-то, Генри, родился, когда эта неандертальская мода ещё не прошла, особенно в верхах общества. А нынче — экстракорпоральное оплодотворение плюс суррогатное материнство (давно ставшее полноценной «профессией») по заказу государства. Потом — «взращивание» свежего человеческого материала в государственных приютах: много ли надежды на семьи в деле воспитания нового поколения?..
«И почему-то проблемы этой бабы вызывают в тебе сильный эмоциональный отклик, Генри… — подумал наш герой. — Подожди, ты… чёрт, такое впечатление, что ты её даже в каком-то смысле уважаешь после такого поступка? Такая вот вся из себя гордая и независимая, да… Брось, друг, что-то ты совсем плох… Нет, это не дело… совсем не дело. Тебе что… даже… жаль эту прошмандовку?.. Что с тобой творится, Генри, напомни, дорогой, когда тебе последний раз кого-то было жаль?..» Это не нормально. Железка в твоей башке должна легко и просто нивелировать всякую такую дрянь, даже если она каким-то чудом умудрилась в оную башку затесаться. Сейчас эти чувства мешают, мешают думать о куда более насущных проблемах, чем эта никчёмная дурочка. В такой ситуации нейрочип всё лишнее просто «выключает». А оно не выключается. Это отклонение от нормы. Чем это может быть вызвано? Ну, самое простое и напрашивающееся объяснение — чип барахлит. «Что само по себе не диво, парень, — угрюмо подумал мистер Фримен. — Это новенькое, экспериментальное устройство, от него много всякого разного, непонятного самим разработчикам, можно ждать. Чтоб его, погнался за прогрессом, твою мать!..»
Нейрочип дал президенту компании знать, что кто-то хочет с ним связаться. А, этот…
— Да, Сэм, что там у тебя? — мысленно ответил Генри через двусторонний канал связи.
— Генри, боюсь, у меня плохие новости, — через нейрочип никак не передавались эмоции собеседника, однако президент «Глобал Медсистемз» примерно представлял его интонацию, исходя из содержания.