Или… постойте.
Чувство шока накрыло меня с головой, как только я присмотрелась к лицу Артура и поняла, что эти красные пятна не были признаками злости. Это были румяна, которые я перепутала с полупрозрачной пудрой, призванной убрать с лица жирный блеск.
Теперь лоб, щеки и даже шея Артура были покрыты ядреными красными румянами. А до начала записи всего пара минут.
Боже мой… какой позор.
Глава 3
– Пять минут до эфира! – раздался громкий голос помощника оператора.
Я растерянно захлопала глазами, прокручивая в голове возможные выходы из сложившейся ситуации. Сейчас я действительно была виновата, и нападки Артура вполне обоснованы.
– Извините, – тихо произнесла я.
– Ты серьезно? – злостно хмыкнул Артур. – Простить? Так давай, может, еще увеличим тебе зарплату за такое чудесное творение?
– Я все исправлю, – уверенно послышалось с моей стороны.
Я хотела все исправить, чтобы хоть как-то оправдаться перед начальником и показать капли оставшегося профессионализма, который сегодня уснул крепким сном.
Вытащив влажную салфетку из коробки салфеток на столе, я принялась спешно тереть ею по лицу Артура, чтобы смыть свой сегодняшний позор.
– Да что ты творишь! – возмущенно прокричал парень и легонько оттолкнул меня в сторону. – Ты не пол драишь.
Возможно, я действительно не подсчитала силу нажима и приложила значительно больше усилий, чем на то требовалось. Ведь кожа Артура теперь была красной не только от румян, но и от вполне естественного раздражения.
Артур нервно вытащил из пачки новую салфетку и принялся самостоятельно оттирать остатки моего специфичного грима.
Парень выглядел сосредоточенным и чрезвычайно злым. И сочетание этих эмоций на его лице почему-то показались мне смешными. Как и вся ситуация в целом.
Сама того не осознавая, я невольно хихикнула, получая в ответ такой злой взгляд, что мое невинное хихиканье превратилось в настоящий громкий смех.
У Артура от злости, казалось, в любой момент мог повалить пар из ушей.
– Вон! Чтобы мои глаза тебя не видели!
Такого крика я еще никогда не слышала от Артура. Он действительно был чрезвычайно зол и недоволен тем, что я не смогла исправно выполнить порученную мне работу перед такими важными съемками. И, более того, открыто смеялась с его внешнего вида.
В тот момент до меня только начало доходить, как непрофессионально я поступала и буквально собственными руками ломала свое возможное будущее в этой компании.
– Ты уволена, Мария. Выметайся!
***
– Маша, прекращай так убиваться, – мягко произнесла Анна и погладила меня по плечу.
Тяжелый вздох слетел с моих губ. Я совсем не хотела разговаривать, потому что ощущала себя чрезвычайно ужасно.
Ровно два дня назад я лишилась такой хорошей работы и, более того, ничего лучше теперь не найду, ибо Артур пообещал, что обязательно разнесет по всем телестудиям предупреждение “Не принимать ее на работу”. Шоу-бизнес для меня теперь точно закрыт.
– Маша, я напомню, что ты обещала пойти со мной в кафе. Даже сама его выбрала! Сказала, что оно идеально подойдет для праздника. И что теперь? Никуда не пойдешь и будешь лежать?
– Я пообещала до того, как оказалась уволена, – тяжело вздохнула я.
– Маша, но у меня день рождения! Я хочу, чтобы ты отпраздновала его вместе со мной.
– Я ведь поздравила тебя утром, – тихо пробурчала я и недовольно взглянула на подругу.
– Да, но я хочу, чтобы в этот вечер моя лучшая подружка находилась рядом, веселилась, а не лежала на кровати в полном одиночестве.
– Ань, стоит ли мне напоминать, что я не хочу идти туда не только из-за грусти, но и самого Артура, – в моем голосе слышался упрек. – Зачем ты его пригласила?
– Потому что на праздник приглашена вся съемочная группа, – устало напомнила Анна. – Я не могла пригласить всех, но проигнорировать начальника. К тому же… сама знаешь, какой он злопамятный.
– Знаю, – понимающе кивнула я. – Вот поэтому мне лучше остаться дома и не создавать проблем.