— Так это ты у нас смерть? — без интереса спросил блондин, из-за чего парни на него тут же обернулись, и улыбки с их лиц исчезли. — Ну а что? Я же должен знать с кем мне предстоит общаться не лучшие дни в своей жизни, — язвительно произнес Кристиан, откинувшись на спинку стула и скрестил руки на груди.
Андриан не успел ему ответить, как его перебил Уильям:
— Все нормально, — парень показал жестом другу, что он сам и продолжил, — если верить словам старика, то да. А ты у нас?
— Кристиан Моретти, наследник дворянства семьи Моретти, — выпрямив спину, гордо сказал парень.
— Так значит, ты у нас дворянин, — усмехнулся Даниэль, на что Кристиан лишь закатил глаза и снова откинулся назад спиной.
— Давайте без ссор обойдемся. Сейчас важнее разобраться с нашими метками и с тем, что нам рассказал старик про всадников, — все согласились с Уильямом и выставили свои руки, чтобы детально рассмотреть метки.
Парни обсудили то, что было дома у демона, еще раз убедились, что тот прав насчёт меток и их сил. Они так же обдумали, как правильно поступить и стоит ли возвращаться к старику, чтобы узнать судьбы. Сегодняшний день казался безумием, но не смотря на это, они все же рады, что не одни погрязли в этом. До захода солнца парни находились в сарае, больше общались и узнавали друг друга. И даже приняли решение: завтра пойти и получат всю информацию о всадниках от старика.
— У вас нет такого странного чувства, что мы с вами знакомы уже давно? — прервал разговор ребят Даниэль.
— Как бы странно это не звучало, я еще в доме у старика это почувствовал, — признался Андриан.
— Нет, — отрезал Кристиан, он всё ещё не принимал тот факт, что сможет подружиться с этими парнями. Если до этого он ещё мог терпеть их общество, то сейчас весь этот разговор ему не нравился. — Не думаю, что мы с вами сможем найти общий язык.
— Но ты всадник, значит, один из нас, — возразил тому Андриан.
— Если у меня есть метка, это не значит, что я один из вас или какой-нибудь там всадник, — с раздражением бросил блондин. — А сейчас извините, мне нужно вас покинуть, — Кристиан встал со своего места и направился к выходу.
— Я понимаю, тебе нужно время свыкнуться с этой мыслью, — остановил парня Уильям, положив руку на плечо Кристиана, и посмотрел с пониманием, — но вместе нам будет гораздо проще, поэтому прошу, не отдаляйся от нас и позволь нам быть с тобой рядом. Каждому из нас это нужно не меньше, чем тебе.
Кристиан поднял глаза на парня, сбросил его руку с плеча и прошел к двери.
— Кристиан, — окликнул парня Даниэль, не обративший внимания на недовольный взгляд, брошенный Кристианом на них, и продолжил: — чтобы ты не говорил, ты один из нас. — Парень остановился в проходе, услышав Гроссо, а после вышел прочь из сарая и направился к своему дому.
— Ему просто нужно время, — сказал после недолгой тишины Уильям.
***
Когда за окном начало темнеть, парни разошлись и договорились встретится завтра и отправиться к старику. Даниэль, что обычно не горел желанием с кем-то общаться, ему проще всегда было одному, сейчас, на удивление, загорелся подружиться с новыми знакомыми. «Война» — пронеслось в мыслях у парня. У него было облегчение после того, как он узнал правду о себе. Раньше он и сам не понимал откуда эта неоправданная ярость или удовольствие, которое он получал. Сейчас же стало ясно, что он не человек, поэтому это многое объясняет. После разговора с парнями, Даниэль захотел больше узнать о себе и своих силах.
Из своих раздумий парня вывел шум, исходящий из его дома. Даниэлю не нужно видеть, кто является причиной этого шума, он это и так прекрасно знает. Последний месяц отец стал реже приходить домой, а если возвращался, то в стельку пьяный он обычно сразу падал на кровать и вырубался. Даниэль сам себе усмехнулся, он только начал забывать постоянные крики отца на него с мамой. За все годы парень не раз пытался узнать у матери, почему отец так себя ведет и ненавидит его. Она каждый раз говорила, что это не его вина, а сама после таких разговоров ночами плакала. Гроссо больно было наблюдать за родным человеком, особенно после побоев со стороны отца. Даниэль готов принять удары на себя и защититься, но не позволит трогать маму.