Стэн в сравнении с Чаком в принципе выглядел менее угрожающим. И был ниже него сантиметров на десять. Черты лица были более плавными и не такими крупными и грубыми. Узкий прямой нос с чуть заострённым кончиком. Высокий лоб с парой крохотных рубцов, оставшихся из-за ветрянки, которой он переболел ещё в детстве. Лёгкая небритость на самую малость пухлых щеках. Серо-голубые глаза с густыми ресницами, закручивающимися у внешних уголков, тоже были чуть меньше, чем у Чака. К слову, он плохо видел, но очки или линзы всё равно не носил. Упрямо уверял самого себя, что ему и так нормально. А ещё он имел привычку постоянно облизывать и кусать губы, когда нервничал или злился. Это его тоже злило, но он ничего не мог поделать.
Вот и сейчас он нервно постукивал носком кроссовка по заасфальтированной дорожке и, покусывая нижнюю губу, докуривал очередную сигарету. Третью? Четвёртую? Не считал. Поднёс ко рту и сделал затяжку. На левой скуле не было ещё никакого шрама.
Стэн покосился на Чака. Тут же поймал себя на мысли, что от взгляда друга ему часто становилось не по себе. В миллионный раз подумал о том, что никогда не сможет привыкнуть, к тому, что дружит с таким, как он. Окружавшие их люди даже не догадывались, что среди них был не человек. Ну, или не совсем человек.
Стэн отвлёкся от размышлений, выдохнул сероватый дымок куда-то вверх и протянул:
– Ску-у-учно-о-о.
Снова покосился на друга в надежде, что тот обратил на него внимание. Зря. Чак его, наверное, даже не слышал.
– Долго нам тут ещё торчать? – с нескрываемым раздражением в голосе спросил Стэн.
– Что такое, малыш? – Чак, наконец, посмотрел на него. – Купить тебе мороженку, чтоб не грустил?
Стэн взглянул на него с хитрым прищуром. Пауза. Снова затянулся и, выпуская в сторону дым из приоткрытых губ, ответил:
– От тебя это звучит оскорбительно. Могу вмазать. Но от мороженки не отказался бы.
Чак усмехнулся, покачал головой и отвернулся от друга. Снова стал искать кого-то взглядом.
Стэн замолчал. Сделал на глубоком вдохе последнюю затяжку, задумчиво ненадолго задержал дыхание и выпустил перед собой сероватое облачко табачного дыма. Окурок потушил о металлический козырёк полупустой урны и закинул внутрь. В воздухе опять повисла пауза. Ненадолго, но всё же.
– Мы тут уже сколько? Часа два?
– Ещё столько же просидим, если понадобится. Не ной.
Стэн закатил глаза, надул щёки, шумно выдохнув, и откинулся на деревянную спинку лавочки.
– У меня уже зад онемел от этой штуки, – проворчал Стэн, пошевелив бёдрами, в попытках найти удобное положение.
– Вон они! – Чак оживился.
Стэн тоже встрепенулся, быстро сел прямо и стал смотреть по сторонам. Он помнил, что Чак говорил о двух ребятах, примерно, одного возраста. Сэм и Мэй. Воображение нарисовало ему образ долговязого сутулого и наверняка прыщавого парнишки на прогулке с пухленькой подружкой-хохотушкой.
– Где?
– Там, – Чак кивнул куда-то прямо.
Стэн посмотрел в нужном направлении, но никого похожего не разглядел.
– Где «там»?
– Да там! – недовольно зашипел Чак. – Мне что, пальцем ткнуть?
Там, куда так внимательно смотрел Чак, не было никого кроме двух девочек. Подростки. Обе темноволосые. Одна чуть ниже другой, в коротком платье нежно-персикового цвета. Изящная азиатка с фарфоровой белоснежной кожей. Прямо девочка с картинки. Она то и дело поправляла ремешок белой маленькой сумочки, накинутой на плечо, улыбалась и что-то рассказывала подруге. А та молча слушала, время от времени кивала. Иногда отвлекалась, озиралась по сторонам. Кого-то опасалась? Она сильно контрастировала рядом с подругой. И вовсе не потому, что вместо платья на ней были свободные джинсы и чёрная футболка на пару-тройку размеров больше. Не исключено, что и то, и другое было мужским. А за спиной – большой чёрный рюкзак. С виду тяжёлый. Она сама по себе казалась другой: серьёзнее, сосредоточеннее, жёстче, холоднее. Движения её были грубыми. Если у её подруги походка была от бедра, мягкой и плавной, то у неё – скованной и даже тяжёлой. А ещё она сутулилась. Но Стэн списал это на увесистый рюкзак. Да и вообще искренне надеялся, что посмотрел не туда.
– Смеёшься? – хмыкнул Стэн. – Ты же не про тех двоих? – он махнул рукой в сторону девчонок.