Чак тяжело вздохнул.
– Что за хрень вообще творится? – затараторил Стэн. – Во что ты меня втягиваешь?
– Я потом тебе всё объясню. Обещаю.
Искренность в его взгляде подкупала. За ней скрывалось что-то ещё, но Стэн не успел это уловить. Выражение лица Чака изменилось. Он нахмурился, смотрел сквозь. Стэн вздохнул, сделал ещё одну затяжку и выпустил дым перед собой. Он привык к тому, что Чак иногда в процессе разговора мог выпасть из реальности, ведя мысленные беседы с тем, кто «вызывал» его с другой стороны телепатического провода. Понадобилось несколько секунд, чтобы он пришёл в себя.
– С возвращением, – Стэн саркастично заулыбался.
Чак проигнорировал его слова и встал с места. Его лицо помрачнело.
– Эта девочка нуждается в защите. В постоянной. Всё очень серьёзно, Стэн.
– Эй, куда ты? Нет!
– Мне пора.
– У меня работа! Эй! Я ещё ничего не сказал!
– У тебя есть целых два помощника, – разведя руками, ответил тот.
– Чак...
– Всё, мне пора.
– Я не нанимался нянькой, ясно?
Эти слова ушли в пустоту. Чак по своему обыкновению просто исчез. Стэн оторопел. Не потому, что удивился, а потому что это был первый раз, когда Чак сделал это на людях. Внутри всё сжалось в мольбе, чтобы никто этого не заметил. Стэн осторожно огляделся по сторонам. Все вокруг так же были заняты своими делами. Наверное, дуэт пса с хозяином привлекали больше внимания, чем человек, испарившийся у всех на глазах.
Стэн тяжело и шумно вздохнул и сразу же выругался себе под нос:
– Хитрожопый говнюк.
Саундтреки:
Blue in Tokio – Born in the North
Barns Courtney – Rather die
Apparat – Goodbye
polnalubvi – Сердце
Chord Overstreet – Hold on
забей, лерочка – каждый, кто сделал тебе больно, покойник
grandson – Oh No!!!
Свет
Кристиан постепенно стал приходить в себя. Ему было плевать на словесную перепалку Стэна и Джима. Он не слышал ничего кроме гула. Дрожал. Смотрел на тело Сэм.
«Вылечи её».
«Ты во всём виноват».
Слова Стэна – на повторе. Как пластинка, заевшая на одном месте.
Кристиан Рид с детства был не самым обычным. Всегда погружённый в себя, немногословный и очень отстранённый. Пока подрастающие сверстники из приюта, в котором Крис вырос с Джимом и Стэном, ухлёстывали за девочками, давили прыщи и тайком пили пиво, он проводил время за чтением «Властелина колец» и всего, что было на это похоже. За большие чёрные глаза, белоснежную кожу, почти белые волосы, миролюбивый характер и любовь к сказкам про драконов, эльфов и гномов ему дали кличку «Белоснежка». Она была самой частой на языке ребят, но далеко не единственной и, наверное, самой безобидной. Он всегда терпел и старался не обращать внимание. Не потому, что боялся, а потому что не видел смысла.
«Насилие порождает бóльшее насилие».
Много воды утекло с тех времён. Крис изменился. От тихого неуклюжего мальчика остались лишь отголоски в виде любви к тем же сказкам. Со спокойствием и миролюбием было сложнее. Им пришлось наступить на горло и через силу стать своей полной противоположностью. В новых реалиях насилие, оставаясь без ответа, могло стоить жизни.
Этот урок Крис хорошо усвоил три года назад.
Они с Джимом, пока Стэн присматривал за Сэм, решили провести вечер в спорт-баре за просмотром какого-то матча. Пара пьяных в стельку отморозков стали приставать к девушке. Классика. Джим с Крисом решили вступиться. Вряд ли кто-то из них ожидал, что один из нарушителей спокойствия вышел на прогулку с сюрпризом в виде пистолета за пазухой. И парни уж точно не рассчитывали, что за рыцарские поступки платят пулями. Два выстрела. Пьяницы убежали так что пятки сверкали. Посетители суетились. Кто-то вызывал полицию, кто-то – неотложку, а Крис сидел на полу в луже крови с умирающим лучшим другом на руках.
Паника. Ужас. Для него всё вокруг замерло. Были только они вдвоём.
Он зажимал руками раны на животе и сквозь слёзы молился. Помнил, как кровь, пульсируя, билась о ладони и просачивалась сквозь пальцы. И голубой свет. Им внезапно засияли его руки. Тот лучился откуда-то изнутри. Крис видел сквозь кожу очертания своих костей, вен и сухожилий. Картинка чем-то напоминала снимок с рентгеновского аппарата. В эту секунду Джим, терявший сознание, вдруг стал дышать. Кровь остановилась. Кошмар закончился.