Джим не стал спрашивать его ни о чём. Он ещё раз глянул на почти серое лицо Сэм и перевёл взгляд на Стэна: его – было почти таким же, как и её, а глаза казались красными из-за проступившей сетки капилляров. Вымотанный, но абсолютно безмятежный, даже умиротворённый. Про себя Джим заметил, что видел друга таким впервые. Несмотря на всё, что случилось прошедшей ночью, тот не казался нервным, даже не было привычного ощущения непробиваемой брони вокруг него. Он просто сидел в кресле и смотрел на девушку, которую спас.
В который раз, кстати?
А ещё для Джима не было секретом, что Стэн запал на Сэм ещё пару лет назад. Если честно, Джим, вспоминая тех девушек, с которыми, Стэн проводил одинокие вечера, откровенно не понимал, что тот в ней нашёл. Она ведь больше напоминала пацанёнка, чем девушку, а ему-то подавай фигуристых красоток с аппетитными формами.
Ну, правда. Щуплый пацан с пучком на макушке или с распущенными волосами, самую малость волнистыми, и с болезненно-бледным лицом. Губы сливались с цветом кожи по той же причине. А глаза? Заглянул в них, и можно было подумать, что смотрел в глаза не молоденькой девушке, а старушке, прошедшей через что-то невообразимо страшное. А эти тёмные круги? Она, что, не спит? Это отдельная история. По словам Мэй, которая не раз жаловалась ему на то, что пыталась разбудить в ней леди, та даже краситься не умела – неуклюжие попытки не в счёт. Надевала, как говорится, первое, что выпадет из шкафа, и обычно это было что-то мужское и совершенно безразмерное. Это, ещё не говоря о том, что бóльшую часть её гардероба составляла одежда её покойного старшего брата.
Но кто Джим такой, чтобы судить? Может, Стэн разглядел в ней что-то, чего не было в остальных? Может, дело было вовсе не во внешности и не в женственности и красоте? Да и понятие красоты для каждого – своё. Для него эталоном женской красоты и изящества была Мэй.
Джим не раз говорил Стэну, чтоб тот прекратил тянуть кота за хвост, пригласил Сэм поужинать. А он – ни в какую, иногда даже умудрялся поскандалить, чтоб тот не придумывал себе всякого.
Действительно, с чего Джим вообще взял, что тот по ней сохнет? Ага.
Так или иначе, теперь она здесь, наконец. У них дома. Так сказать, под крылышком. Джим поймал себя на мысли, что это к лучшему. Может, и должно было случиться это дерьмо, чтобы свести всё и их двоих именно к этому моменту? Значит, кому-то «сверху» так было угодно. Он на мгновение невольно заулыбался уголками губ.
– Слышишь? – тихо спросил Джим, чуть склонив голову в сторону кровати.
– Что? – Стэн оторвался от спинки кресла с широко распахнутыми глазами.
– Дышит, вот что. – усмехнувшись, сказал Джим. – Значит, всё нормально. Тебе не обязательно караулить её.
Стэн закатил глаза и, раздражённо выдохнув, снова опустился на спинку кресла. Ничего не ответил, потому что знал, что скорее всего послал бы его куда подальше.
– Старик, уж прости, но выглядишь ты дерьмово, – смерив его взглядом, шёпотом сказал Джим.
– На себя посмотри, – проворчал Стэн.
Джим согласно закивал. Конечно, он выглядел хреново после генеральной уборки той кровавой бани в доме Сэм.
– Давай так, я схожу в душ и после пригляжу за ней, а ты вздремнёшь.
Стэн снова ничего не ответил и продолжил пить кофе. А Джим, принявший молчание за согласие, просиял.
– Вот и договорились, – широко улыбнулся он, потирая ладони.
– Нет, – буркнул Стэн, не отрывая взгляда от Сэм.
Улыбка Джима пропала, широкие плечи опустились, руки повисли вдоль туловища.
– Издеваешься? – раздосадовано зашипел он.
– Давай-ка потише.
– Да хоть пару часов! – уже тише сказал Джим.
– Нет.
– Старик, она у нас дома. Под защитой. Ничего с ней не случится.
– Мне хватило того, что уже случилось.
– Если ты так боишься её оставить, спи прям тут. Места полно, – Джим махнул на пустое местечко рядом с Сэм.
Двуспальная кровать позволяла. Почему бы и нет?
Стэн опять прикрыл глаза и шумно выдохнул.
– Ты же в душ собирался? Вот и дуй. Чем быстрее, тем лучше, – нервно фыркнул Стэн, опасаясь за результаты своей работы.
– Ты не можешь сидеть тут всё время.