Я скользнула взглядом по лицу Стэна. Капельки пота на высоком лбу и пульсировавшая на виске крошечная вена выдавали его напряжение.
«Да-а-а… Врун из тебя никудышный».
– Добрый вечер, мэм, – поздоровался один из них, разглядывая нашу перепачканную в чёрной крови одежду. – Нам поступила жалоба на крики и шум.
– Шум? – я расхохоталась.
Мы обменялись со Стэном взглядами.
«БОЖЕ, ДУМАЙ! ДУМАЙ! ВРИ, КАК НИКОГДА НЕ ВРАЛА!»
– Я же говорила, что громко! – я легонько толкнула его в плечо.
– Эй! Интересно, а кто визжал, как поросёнок? – быстро подхватил Стэн.
– Я испугалась! Остряк.
– Да-да, трусишка.
– Да мы тут решили устроить небольшой эксперимент. Не получилось, – я снова захохотала и подёргала себя за ворот рубашки, демонстрируя чёрные пятна на ткани. – Только грязь и вонь развели. Ещё и вас от работы отрываем. Прости, пожалуйста, господа.
Полицейские недоверчиво заглянули внутрь через моё плечо.
– Что ещё за эксперимент?
– Из интернета. Химия. Решили повторить, – соврал Стэн, улыбаясь. – Не шутите с сероводородом.
А заметив то, как они с интересом снова заглядывали в прихожую, он отступил в сторону.
– Хотите посмотреть? Только предупреждаю, придётся не дышать. Кое-кого от запаха даже стошнило.
«Ты гений! Лучший! Так, Сэм, не стой столбом».
Я театрально закатила глаза и проворчала:
– Теперь до конца жизни будет припоминать.
– Да нет, – нервно хохотнул один из полицейских. – Мы, пожалуй, воздержимся.
– А что за шум? – спросил второй?
– Ваза, – снова быстро соврал Стэн. – Она лопнула.
– Очень громко, – закивала я. – Чудо, что никто не поранился.
– Ясно, – полицейский покачал головой. – Ладно. Хорошего вечера. И… постарайтесь без экспериментов.
– Да, сэр, конечно, – закивали мы. – Ещё раз извините за беспокойство.
Больше ничего не сказав, они стали спускаться с крыльца и направились к служебной машине.
Поймала себя на том, что машу им рукой всё с той же нервной улыбкой.
Стэн зашёл в дом.
– Прекрати, – процедил он сквозь зубы и, приобняв за плечо, завёл внутрь.
Входная дверь закрылась.
Мы оба уставились друг на друга огромными глазами, не дыша. Кажется, до нас обоих дошло, по какой тонкой грани мы только что прошлись.
Полицейская машина, судя по звукам, уехала, а мы совершенно внезапно заржали.
– Господи!
– Что это за хрень сейчас была? Эксперимент? Серьёзно?
– Ничего не говори! Ничего! – краснея, я задыхалась от смеха.
– Эксперимент, – на выдохе повторил Стэн сквозь смех. – Ты молодец. Ловко придумано.
– Это была командная работа, так что мы оба молодцы, – успокаиваясь, я стирала слезинки у уголков глаз.
Стэн на мои слова мягко улыбнулся. Его глаза задержались на мне. Я смутилась. Тут же отвела взгляд в сторону и стала снимать с себя испачканную рубашку. Внимание быстро переключилось на беспорядок вокруг.
– Надо бы тут убраться, – спустя пару секунд добавил он.
– Да. Отличная мысль, – я повесила рубашку на спинку стула в столовой.
Сделала глубокий вдох и по привычке закатила рукава чужой чёрной футболки, с которой мы уже успели породниться. Оглядела комнату. Кругом чёрные брызги и лужи. О, и лужа моей блевотины в углу. Прекрасно. Я обречённо вздохнула.
Из комнаты выглянула мама.
– У вас всё нормально? – тихо спросила она.
Взгляд всё ещё напуганный.
– Да, миссис Холлоуэй, – Стэн мягко заулыбался. – Не волнуйтесь.
– Отдыхай. Всё нормально.
Так мама и сделала.
А мы со Стэном, вооружившись тряпками, вёдрами и перчатками, принялись отмывать кухню, столовую и прихожую. Молча.
Я украдкой наблюдала за ним время от времени. Мысли всё ещё были хаотичными и то и дело возвращались к тому, что произошло. В одном я не сомневалась точно. Стэн не был плохим. Слишком уж много раз он рискнул ради нас с мамой жизнью. Меня переполняли чувства безмерной благодарности за наше неоднократное спасение и стыда.
Да, мне было стыдно за то, что подозревала и боялась, за драку. За всё.
Зато сейчас я была спокойна. Впервые за много лет я чувствовала настоящее умиротворение на душе. Странно, учитывая всё. Но именно сейчас это вдруг стало неважным. Я знала, что пока этот странный парень рядом с нами, мы в полной безопасности.
***
К моменту, когда они закончили, за окном уже стемнело.
В воздухе вместо вони гнили и тухлятины витал едкий, но всё-таки приятный запах хлорки.
Стэн только что зашёл в ванную комнату и стал стягивать резиновые перчатки. Поморщился, когда вытаскивал руку со свежим порезом от ножа. Перчатка прилипла к коже. Короткий рывок – и боль прострелила ладонь. Тёплая вода сразу разошлась алыми разводами. Он смотрел, как рана снова кровоточит. Кажется, именно в этот момент к нему пришло полное осознание того, что произошло.