«Заколдованный круг! Темница!» — все это пустые слова. Впрочем, не совсем пустые. Разве Ассам однажды не толкнул ее в омут? А она разве не вертится в заколдованном кругу, где чуть ли не каждый день должна видеть ехидную улыбку Наваль и встречать осуждающий взгляд Адили. Все это тоже заколдованный круг, из которого она рано или поздно вырвется…
Лейла не имеет права причинять Хусейну боль. При одной мысли о нем все ее существо переполняется нежностью. Перед ней все время стоит мужественное лицо Хусейна с непосредственной мягкой улыбкой… Ни один человек никогда еще не относился к Лейле с такой нежностью и предупредительностью. И никто другой не изучил ее так хорошо, как Хусейн. Он читает ее мысли, знает, что творится в сердце. Недаром он написал: «Мы созданы друг для друга». Нет, она не решится причинить ему боль…
Вдруг Лейла почувствовала, что Сана толкает ее в бок.
— Мадемуазель Лейла Сулейман! — донесся до ее слуха голос профессора Рамзи.
Лейла вскочила с места.
— Повторите еще раз, пожалуйста! — как можно спокойнее попросила Лейла.
Профессор повторил свой вопрос и уставился на Лейлу, как бы говоря: «Что, попалась, голубушка?»
— Простите, профессор, но я прослушала, — вынуждена была признаться Лейла.
— Прослушали, потому что мечтали!
В зале раздались смешки. Профессор задал этот же вопрос другому студенту, и тот бойко ответил.
Сидевшая впереди Наваль наклонилась к Сузи и что-то шепнула. Сузи засмеялась. Потом обернулась к Лейле и, все еще улыбаясь, тихо спросила:
— Так что же занимает твои мысли?
— Заткнись! — оборвала ее Адиля. — Займи лучше чем-нибудь свои мысли и не болтай лишнего.
Сузи сразу умолкла. Лейла взглядом хотела поблагодарить Адилию, но та, сделав строгое лицо, отвернулась…
На следующий день, когда Лейла шла с Адилей и Саной по коридору, ее остановила Наваль и опять, ехидно улыбнувшись, нарочно громко сообщила:
— Лейла, в ящике тебя опять ждет письмо!
Адиля многозначительно взглянула на подругу. «Я тебе что говорила?» — прочла Лейла в ее глазах.
Комната, как всегда, была битком набита студентками. Сердце Лейлы часто билось, когда она протянула руку за письмом. Ей казалось, что взоры всех устремлены на нее. Лейла схватила письмо и быстро сунула в портфель, будто оно могло обжечь руки. Боясь встретиться с чьим-нибудь взглядом, девушка бросилась к двери. Но неожиданно зацепилась за ножку стола и под общий смех растянулась на полу. Ничего не видя перед собой, Лейла стала шарить по полу, собирая свои вещи…
В тот день после занятий Лейла сама пришла к Адиле. Она сунула ей в руку сложенный вчетверо листок бумаги.
— Что это? — удивилась Адиля.
— Адрес Хусейна, — кратко ответила Лейла.
Все ясно: решение, которое предлагала Адиля, принято. Но оно, видимо, нелегко досталось бедняжке. У нее такой вид, будто она вот-вот расплачется. Адиле даже стало жалко ее.
— Это только в твоих интересах, Лейла, — решила Адиля подбодрить подругу.
— Я знаю…
— Хочешь, Лейла, напиши сама… Может быть, ты сделаешь это дома?
Лейла отрицательно покачала головой. Нет, она не в силах, уже пыталась, но из этого ничего не вышло.
Что ж, Адиля согласна написать. Но только потом… В отсутствие Лейлы.
— Нет, сейчас, — тихо, но твердо сказала Лейла.
Адиля не сразу догадалась, почему Лейла настаивает, чтобы написать именно сейчас. Это стало ясно, когда один за другим были забракованы несколько вариантов злосчастного письма.
— Понимаешь, Адиля, это нужно сделать очень тонко… Очень тонко, — настаивала Лейла.
— А чего ты волнуешься? — спросила Адиля. — Ведь я же пишу не любовное послание твоему Хусейну.
Адиля хотела, видно, добавить еще что-то обидное, но, заметив, что Лейла покраснела, поняла, что хватила через край. Так, чего доброго, Лейла вообще передумает.
— Как же, по-твоему, сделать это тонко? — спросила Адиля.
— Нужно прежде всего поблагодарить его…
— С какой стати я должна благодарить его?
— А как же? Ты ведь пишешь ему от моего имени. А я хочу его поблагодарить.
— За что?
— За все! За все! Напиши так: «Благодарю вас за все, что вы сделали для меня», — начала диктовать Лейла, и слезы навернулись ей на глаза.