— Наша Заготконтора, товарищи, план выполняет. Работаем мы неплохо, делаем, так сказать, все, чтобы и дальше работать хорошо. Признаю: пьянство — бич наш. Сами знаете, работа у нас тяжелая, много ручного немеханизированного труда, людей зачастую набираем случайных, работающих до первого рубля в кармане, отсюда и столь высокий показатель приводов в милицию, попаданий в вытрезвитель.
— Иван Александрович, — перебил директора Заготконторы Ганичев, — это все общие слова, которые мы не раз слышали. Из года в год ваше хозяйство держит первенство по количеству нарушений, связанных с пьянством. Что конкретно делается у вас в Заготконторе по этому вопросу?
— В прошлом году у нас в Заготконторе создана комиссия по борьбе с пьянством. Возглавляет ее заведующий овощной базой Заготконторы Лука Петрович Фомичев. Я думаю, что он лучше расскажет о работе этой комиссии, а я потом дополню его и отвечу на вопросы.
— Хорошо, послушаем председателя вашей комиссии, — согласился Ганичев.
Иван Александрович облегченно вздохнул, уселся на свое место, а Лука Петрович поднялся, достал из кармана блокнот, потом достал очки и не спеша пристроил их на носу.
Васька Дурмашина не ожидал, что Лука Петрович может так складно и интересно говорить.
— Вот в прошлое воскресенье вечером возвращаюсь я, товарищи, с работы домой, — начал Лука Петрович несколько неожиданно свою речь. — Иду мимо вокзала, слышу, орет кто-то, кричит, значит. Подхожу и эдакую картину вижу: подсаживает милиция в машину свою человека, пьяного орла-голубя. А тот брыкается и на весь вокзал орет, кричит, значит. И что, думаете, товарищи, он эдакое кричит? — Лука Петрович приподнял очки и обвел присутствующих внимательными острыми глазками.
Все смотрели на оратора молча, заинтригованные.
— А кричит он вот что, товарищи: «Не имеете права меня забирать, я директор Заготконторы!»
— Гы-ы! — не удержался и гоготнул Васька.
Засмеялись и все остальные, заговорили между собой оживленно, а председатель комиссии Ганичев постучал по графину карандашом, призывая к тишине.
Васька прекрасно знал историю, которую рассказывал сейчас Лука Петрович. Это бывший его друг-приятель Толька Андрюшин — грузчик с пилорамы деревообрабатывающего комбината — отхохмил номер.
— Не подумайте, товарищи, что я сочиняю-выдумываю, — продолжал Лука Петрович. — Вот товарищ капитан Дерюгин не даст соврать. Было такое дело, товарищ капитан?
— Было, — хмуро подтвердил начальник вытрезвителя.
— Видите, товарищи, какой получается засол? Пьянчуга в общественном месте во всю глотку возводит поклеп на руководителя и на всю организацию. Ну, хорошо я тогда вмешался, разобрались, что к чему, но слухи-то по городу пошли. Я к тому все говорю, что на контору нашу часто чужие грехи вешают. Вот в прошлом месяце…
— Давайте ближе к делу, товарищ, — перебил заведующего Ганичев. — Расскажите о работе, которую проводит ваша комиссия с пьяницами, и каковы результаты этой работы.
— Ну, что ж, давайте сперва варить, а потом собирать, — несколько обиженно согласился Лука Петрович. — Прежде всего, антиалкогольная работа нашей комиссией поставлена так, что ни один случай пьянки не остается без внимания и самого тщательного перебора. К нарушителям принимаем меры морально-общественного порядка, и рублем бьем, лишаем премии. На все бумаги из милиции, из медвытрезвителя, даем своевременные ответы.
— Что верно, то верно, — проговорил капитан Дерюгин. — Ответы на наши представления Заготконтора дает лучше всех. А вот что там ведется хоть какая-то работа с пьяницами, я сомневаюсь.
— Ваше дело — сомневаться, наше — работать! — с достоинством ответил Лука Петрович и раскрыл блокнот. — Вот конкретные факты, из которых, как говорится, усушки и утруски быть не может. В прошлом годе у нас в Заготконторе только работниками центральной районной больницы проведено бесед и лекций: на тему о вреде алкоголя — три, на тему о вреде и последствиях случайных встреч — одна, на тему о вреде курения — одна. Не будем, как говорится, включать в ведомость беседы-лекции общества «Знание» и прочие, и прочие. У нас регулярно выпускается стенная газета «Заготовитель», где мы, как говорится, первым сортом снимаем шкуру с пьянчуг-нарушителей. Редакция, правильно я говорю?
— Да, стенгазета в Заготконторе выпускается регулярно, — подтвердил «редакция».
— Мы стараемся охватить всех, склонных к употреблению, культурными мероприятиями. В прошлом годе провели: экскурсий по памятным местам — одну…
— Гы-ы! — вдруг совсем вроде не к месту и для всех неожиданно гоготнул Дурмашина.