В ресторане "Хилтон" дым стоял коромыслом — Рождество отмечали шумно. Большой банкетный зал был заполнен до отказа, так что яблоку негде было упасть. Миссис Льюис то и дело указывала мужу на какую-нибудь знаменитость за соседними столиками. -Среди них было два известных писателя, и изрядно подвыпивший Роберт все время порывался подойти к ним представиться.
В самый разгар вечера, когда все вокруг уже казались доктору милыми и чудесными людьми, его деликатно похлопали по плечу. Обернувшись, он увидел мужчину средних лет, в смокинге, в очках с золотой оправой и бабочке. В первую секунду он не сразу узнал его, лишь вспомнил, что с этим человеком связано в его жизни что-то очень неприятное. Но уже в следующий миг лицо доктора расплылось в широкой улыбке. Теперь он уже не держал зла на этого незадачливого и не в меру самоуверенного чиновника, который в итоге сел в лужу со своей угрозой, что Роберт Льюис больше не издаст ни одного рассказа.
Доктор налил в два фужера шампанское и протянул один из них фэбээровцу.
— Дорогой сэр, давайте оставим все наши старые неприятности в уходящем году и выпьем за Новый год, который обещает быть удачным. Я не держу на вас зла и желаю вам больших профессиональных успехов в вашей нужной и такой тяжелой работе.
Здесь доктор не удержался от смеха и фыркнул в свой бокал, обрызгав себя и своего собеседника шампанским. Увидев это, Роберт Льюис совершенно скис от смеха и вынужден был сесть на стул, чтобы не упасть.
Дальнейшее он помнил смутно. Вспоминал, как обнимался с фэбээровцем и пил с ним на брудершафт, как тот совал ему в нагрудный карман визитную карточку и просил звонить, если нужна будет какая-нибудь помощь. От этого предложения доктора разобрал такой гомерический хохот, что Анна, извинившись перед гостями, увела его из ресторана домой.
Жаль, хороший был вечер, — размышлял Роберт Льюис следующим утром, лежа в постели. Голова после шампанского слегка побаливала, но в общем он чувствовал себя отлично, особенно когда представил себе, как вытянется лицо вчерашнего фэбээровца, когда тот прочтет в журнале очередной рассказ про Александра Эттингера. Кстати, как его зовут, этого типа? Помнится, он ведь вчера давал свою визитную карточку. Где она может быть? Доктор прошлепал босыми ногами к своему смокингу, висевшему на плечиках — не иначе Анна позаботилась, — и стал шарить по карманам. Ага, вот она.
Миссис Льюис, готовившая в кухне завтрак, услышала дикий вопль своего мужа, от которого из ее рук выпала еще одна тарелка любимого сервиза. Готовая увидеть что-то ужасное, она влетела в Спальню и с облегчением вздохнула, убедившись, что по крайней мере внешне в комнате все было в порядке. Разве что за исключением ее беспокойного мужа. Стоя посреди спальни в одних трусах, Роберт Льюис с безумным видом смотрел на прямоугольный кусочек белого картона в своей руке. Миссис Льюис наклонилась и с недоумением прочла на визитной карточке:
Идиот, — в сердцах выругала про себя мужа Анна Льюис, возвращаясь в кухню, — совсем рехнулся на своей писанине. А я из-за него скоро без посуды останусь.