Сколько прошло времени, узники погреба старой дачи не знали, но зато, приложив не малые усилия, освободились от пут и напились воды из старой бочки, которая стояла в углу темницы. Кен чувствовал сковывающие спазмы в спине и ноющую боль в опухшей ладони левой руки. Глаза уже привыкли к темноте, и они практически на ощупь обследовали помещение. Стало понятно, что на крышке лаза единственного выхода, стоит что-то большое и неподъёмное. Оставалось ждать, надеяться и терпеть холод. Через некоторое время и голод, в пустом чреве, дал о себе знать. Кен, оторвался от прижимавшейся к нему Эльфвине и нащупал на полке одну из железных банок с консервами. В этом мире они уже не раз пробовали это странную пищу, которая непонятным образом долго храниться в запечатанных, небольших кубках. Открывались они несуразной железякой и в них могло оказаться что угодно, начиная от разваренного мяса и заканчивая сладкими фруктами. Захватившие их мужчины не стали утруждать себя обыском и кинжал мерсийца остался при нём. Поэтому Кен, просто распиливал острейшим клинком банку, разделяя на две половины и пленники утоляли голод. Потом они грелись друг о друга, накинув на себя, закрывавшую соленья, старую фуфайку и негромко перекидывались фразами. Эльфвина переживала, что возможно их навечно заточили в темницу, при этом голос её становился надрывным, который в любую секунду мог перейти в плач. Кенред же наоборот, бодрился и успокаивая любимую, возмущался подлости этих мужчин. Могли ведь разрешить спор, как принято в понятном им мире, поединком, может быть даже на боевых мечах и всё было бы справедливо. А если один из них был явно слабее или болен, то спор мог разрешить местный правитель. Так нет же, их подкараулили, связали, а затем бросили в темницу и скорей всего без ведома тена или эрла. Хотя бес его знает кто у них правит и как? Одному дьяволу известно! Разбудил мерсийцев шум наверху. Громкие шаги то удалялись, то приближались вновь, зажглась тусклая лампочка на хилом проводе и раздался противный скрежет передвигаемого предмета. Пленники, щурясь от непривычного света сели на пол, убрав руки за спины и быстро накинули на ноги верёвки. Договорились они, заранее надеясь, что появиться возможность бегства. Открылась дверь люка и в проёме появился хозяин, настороженно державший крышку-дверь на весу. Арсений бросил пакет со снедью и хмуро промолвил: - Откуда вы только взялись, на мою голову. Развязались уже, наверное, давно? Ничего, жрать захотите и так проглотите, а может мне повеселиться с тобой сучка. Не бойся, я хоро...... Закончить Сеня не успел. Кен, что есть силы рванул наверх и ударил плечом в закрытый люк. Арсений среагировал быстрее и закрыл дверь. С трудом удерживая крышку одной ногой, он дотянулся пальцами до тяжёлого стола и попытался его придвинуть. Не получалось, не хватало сил! Эльфвина бросилась на помощь мужу и давление снизу усилилось. Выражаясь любимыми словами старого сапожника, проклиная ту ночь, когда увидел под своей машиной «ловкача» Сеня, объёмным животом, упал на крышку и подпрыгивая от толчков снизу, нервно оглядывался. Не представляя, как выйти из щекотливой ситуации он тянул руки к ножкам стола, словно надеялся, что они в одночасье растянутся не меньше, чем на полметра и достигнут желаемой цели. Прошло не менее пятнадцати минут, напор заметно ослаб и тут Арсению пришла в голову идея. Облегчённо подумав о том, что расплата за его непредусмотрительность может миновать, он вытащил из брюк ремень с увесистой бляхой. После нескольких, неудачных попыток, Сеня всё же перекинул ремень через массивные ножки. Задача осложнялась тем, что сверху, для усиления веса, он положил пару мешков картошки, что попались тогда под руку и теперь, перед рывком, нужно отдохнуть и приготовиться. Спортивная юность не прошла даром и сил Арсению было не занимать, хотя он и растолстел в последнее время прилично. – Раз, два, три............. – старательно отсчитал себе Сеня Бита и натужно выдыхая, рванул что есть мочи. Он не мог заметить, что ножки упёрлись в слегка выступающую доску пола и через мгновение влетел под стол. Несколько секунд, он лежал, осознавая произошедшее фиаско. Драгоценные мгновения были потеряны и в тот момент, когда Сеня повернул голову, дверь подпола, не чувствуя преграды, с грохотом откинулась. Ползти обратно было уже поздно. Он, пытаясь выиграть время, резво подскочил вверх, больно ушибся головой о столешницу и встал, как штангист, оторвав тяжеленный стол, вместе с мешками, от пола. Картошка упала и Арсений по инерции, продолжая держать ремнём ножки стола, стал падать назад. Он вновь ударился затылком и приземляясь, боковым зрением увидел, как с подпола, быстро вырастая, появляется «ловкач». В голове гудело и отдавало тупой болью, Сеня сидел на перевёрнутом столе и глупо смотрел на недавних пленников, стоявших у окна с каменными лицами. Он, вспомнив сон, поочерёдно посмотрел на ноги, на руки и проворно подскочив, побежал на врага, метя ушибленной макушкой ему в живот. Никто не видел, что там, где миг назад находилось старая, с облупленной краской, рама большого окна, появились размытые очертания знакомой Двери. Кен, сделавший шаг в сторону, и Эльфвина, проводили взглядом, пролетевшего между ними, рычащего Арсения и его многострадальный череп, встретив на своём пути, вместо должного подоконника, большие заклёпки пыльной обивки, влетел во временной портал. Мерсийцы не раздумывали. Взявшись за руки, они смело шагнули в распахнутый портал, который услужливо открыл для них, своей головой, Сеня Бита.
1965 г. Ейск. Россия.