Опять накатилась тоска. Разболелась рука, он не смог заснуть, метался, потом начал выть, и сестра сделала ему обезболивающий укол, после которого навалилось тупое свинцовое равнодушие, когда тело и мозг словно погружаются в вязкий туман и ничто больше не важно, и нет ни времени, ни желаний.
Врач Герман Львович, наблюдавший Ромиля и готовивший его к выписке, удивился. Еще раз просмотрел анализы, записи процедур. Записи бесед с психоаналитиком. Вечером он зашел в палату. В одной комнате Мито смотрел телевизор, в другой Ромиль беспокойно ерзал на кровати, потому что рука опять ныла. Если бы под рукой у него были таблетки, он бы сорвался и проглотил пару лишних. Но здесь лекарство выдавалось строго по часам, и даже сговорчивая и ласковая Светочка переставала быть сговорчивой, когда он просил раздобыть еще пару таблеток. Нет-нет, этого нельзя. Массаж, секс, что угодно, но не это!
Герман Львович присел на край кровати и, выслушав ничего не значащие ответы на пару дежурных вопросов, спросил вдруг:
— Почему вы боитесь вернуться домой?
— Я? — Ромиль сел на кровати и захлопал глазами. — Не говорите глупостей, доктор!
— Послушайте меня, молодой человек, — Герману Львовичу еще не было и сорока, но, во-первых, он чувствовал себя мудрым, а во-вторых, довольно давно выяснил, что пациенты больше доверяют врачу, который обращается с ними как с детьми. — Как только дело подошло к выписке, ваше состояние ухудшилось. Я не вижу для этого объективных показателей, а значит, дело в психике или эмоциональном состоянии. Я могу продлить ваше пребывание здесь на неделю. Но я на 99 процентов уверен, что за день до выписки вновь наступит ухудшение. Вы просто не хотите возвращаться домой.
— Если и так, что с того? Все равно придется.
— Почему?
— Что почему?
— Зачем вам возвращаться? Как я понимаю, у вас нет семьи, которую надо содержать, и бизнеса, за которым необходимо присматривать. Поэтому если не хотите — не возвращайтесь.
— Куда же мне деваться? — от растерянности вопрос прозвучал совершенно по-детски.
— Ну, не знаю… Самый очевидный ответ: езжайте путешествовать. Мир велик, и в нем довольно много всего интересного. У вас есть хобби, — врач кивнул на стопку картонных листов в углу. — Думаю, поездка позволит вам сделать сюжеты ваших … картин менее мрачными и … однородными. Кроме того, нельзя не признать, что зависимость от болеутоляющих является проблемой. Поэтому я посоветовал бы вам начать с хорошей клиники в Швейцарии или Германии. Там накоплен огромный опыт борьбы с подобными состояниями. Да и физиотерапия у них отличная. Чудес не бывает, и работать вы этой рукой не сможете, но она вполне может перестать болеть.
— Уехать? — пробормотал Ромиль, не зная, с какой стороны подступиться к этой мысли.
— Честно сказать, мне этот выбор представляется наилучшим, — твердо заявил врач. — Давайте взглянем правде в глаза. Вернувшись домой, в привычную обстановку, вы начнете решать проблему привычными методами, т. е. очень быстро превысите предписанную вам дозу лекарства, затем пересядете на более сильнодействующие препараты, потом опять «детокс» и новый виток. И с каждым разом паузы между попаданиями в клинику будут становиться короче… потом родные решат, что проще оставить вас в специализированном учреждении, чем разбираться с проблемами, которые создает невменяемый наркоман. Так что закончите вы в «дурке». Если не переберете так, что не откачают.
Улыбнувшись растерянно взирающему на него Ромилю, Герман Львович встал и направился к выходу. Задержавшись в дверях сказал:
— Откладываю выписку на неделю. За это время решите, чего именно вы хотите.
7
Ромиль буквально влюбился в Швейцарию. Нет, ему были глубоко безразличны архитектура, стиль жизни, чистота и аккуратность, «скромное обаяние буржуазии». Женева, куда прилетели Ромиль и Мито, не произвела на цыгана большого впечатления. Да, богатый город, ну и что? Но клиника, куда порекомендовал обратиться Герман Львович, располагалась в Альпах, и как только такси углубилось в горы, Ромиль встрепенулся. Словно зачарованный, скользил взглядом по вершинам, близким и дальним, изломам породы и теням, причудливо расчерчивающим скалы.