Она перестала дышать, но была скорее обескуражена тем, что почувствовала, чем удивлена. Ладони Андрея жгли ей спину через ткань футболки и вдруг слегка надавили, придвигая её ближе к телу Говорова, и Ксения запаниковала. Не знала куда деть руки, куда смотреть, как реагировать… А он снова тихонько позвал:
— Ксюша.
Она облизала пересохшие от волнения губы. Слегка повернула голову, а когда Андрей прикоснулся пальцем к её подбородку, зажмурилась. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем она почувствовала горячее мужское дыхание на своих губах. Говоров ещё помедлил, не решаясь прикоснуться, и вот наконец его губы осторожно потёрлись о её губы. Ксения вздохнула, сдаваясь, и приоткрыла рот, принимая поцелуй Андрея.
Говоров, больше не стесняясь, прижал её к себе, сильно обнимая за спину и заставляя привстать на цыпочки, чтобы ему было удобнее её целовать.
А потом из комнаты послышался Ванькин плач, и они отскочили друг от друга, смущённые и виноватые. Ксения тут же отвернулась, аккуратно вытерла губы и, не мешкая, вышла из кухни.
Андрей же в крайнем волнении заметался по кухне. Даже волосы взъерошил и немного кривовато усмехнулся, поражаясь тому, что произошло несколько минут назад. Сначала хотел остаться… зачем-то. Что-то выяснять собирался или продолжать… в том же духе? Потом опомнился и понял, что лучше уйти. Сейчас уйти, чтобы что-то понять и решить… чтобы завтра встретиться с Ксенией и знать при этом, как смотреть ей в глаза. Что говорить и как объяснить.
Но он всё-таки дождался её, правда к тому моменту переместился из кухни в прихожую и вышагивал перед дверью её комнаты, слушая доносящийся оттуда жалобно-капризный голос Ваньки. Потом голос стих и через несколько минут появилась Ксения. Слёзы высохли, она заметно успокоилась, пригладила растрепавшиеся волосы и выглядела до нельзя смущённой. По привычке прятала глаза.
Попрощались они скомкано, и Андрей настолько проникся всей этой ситуацией, что тоже глаза старательно отводил. Что-то пробормотал на прощание и чувствовал, что Ксении не терпится закрыть за ним дверь, чтобы остаться, наконец, одной. Мучить он её больше не стал и вышел за дверь. На прощание лишь короткий взгляд и понимание того, что завтра встретиться будет ещё сложнее, чем сейчас расстаться.
ГЛАВА 10
Утром Ксения проснулась в непонятно-приподнятом настроении. Потянулась и прикоснулась пальцами к губам, потом облизала их. Сделала это машинально, а в следующее мгновение вспомнила про поцелуй, и тут же стало жарко от нахлынувших эмоций. Стало так жутко неудобно, когда только подумала, как посмотрит Андрею в глаза. Закрыла лицо руками и помотала головой. Чувствовала себя девчонкой, которую вчера впервые мальчик поцеловал. Душу переполняло ощущение чуда…
Поднялась с постели, посмотрела на спящего сына и решила дать ему поспать ещё немного, пошла в ванную. Там посмотрела на себя в зеркало и поняла, что улыбается. Осуждающе посмотрела на своё отражение и намеренно нахмурилась. Вот чему она интересно радуется? Разве у неё есть хотя бы одна причина для этого? Теперь этот поцелуй так и будет между ними висеть. А им ведь с Андреем (Константиновичем, добавила она поспешно) надо продолжать работать вместе. А через считанные дни он станет женатым человеком.
А она улыбается!..
Хотя поцелуй был таким… таким… сладким. И тогда он её просто спас. Потому что если бы этого поцелуя не случилось, она бы наверняка после ухода Говорова заперлась в ванной и рыдала бы там, пока не кончились слёзы и силы. Иногда, очень редко, она позволяла себе пожалеть себя. Поплакать и посетовать на жизненные трудности. Но это было редко, зачастую на подобную ерунду у неё просто не было времени. Да и родителей попусту расстраивать не хотелось, им совсем ни к чему видеть её заплаканные глаза.
А вот вчера не плакала. Потому что поцелуй Андрея вытеснил все грустные мысли, вот тогда и появилось это чувство… ощущение чуда. Приятное и лёгкое. Она очень давно такого не чувствовала.
— Ванька, вставай, — улыбаясь, проговорила она, входя в комнату. Подошла к дивану сына, присела на край, наклонилась и поцеловала его. — Ванюша… соня, просыпайся.
Он завозился, смешно вздохнул и скинул ногой одеяло. Перевернулся на спину, так и не открывая глаз, а Ксения рассмеялась и погладила его по животу.
— Просыпайся.
Ванька потёр глаза кулачками и прошептал:
— Не хочу в садик… пойдём на карусели?
— Моё солнышко, — Ксения снова поцеловала его, на этот раз в живот и поднялась. — Вставай.
Ушла на кухню и вскоре услышала топот быстрых ножек по квартире. Ванька немного побегал, а потом забежал на кухню и посмотрел непонимающе.