Пальцы парня приспустили полотенце, прокладывая себе путь к промежности девушки.
— Помогите! Кто-нибудь! Пожалуйста! — прокричала Валери, но Лэс зажал рот потной ладонью.
— Не кричи, Вэл, а то я заткну твой прекрасный ротик чем-нибудь другим.
Лэстер бережно смахнул со лба девушки выбившуюся прядь мокрых волос, проведя пальцами по скуле.
Большой палец парня лёг на пухлую губу Валери и слегка приоткрыл рот, коснувшись зубов.
— Всё ещё не хочешь решить это полюбовно? — усмехнулся Рид и даже не обратил внимания на скрипучий звук раздвижных ставень.
— Уверен, что она не хочет.
В дверях появился Элиас.
Рывок. Тёмноволосый гость мгновенно оказался рядом и схватил Лэстера, стаскивая его с футона. Рид не успел и пошевелиться, как получил удар под дых.
Элиас бросил парня на дощатый пол. Лакированный ботинок наносил всё новые и новые удары, и каждый из них звучал как приговор.
Глаза Элиаса горели огнём самой преисподней, словно он обезумел от гнева, а лицо его исказилось в гримасе ярости. Комната наполнилась тихими стонами Лэстера, который стремился хоть как-то укрыться от нападения, но как бы он ни старался, Элиас был слишком силён и неумолим.
— Сукин сын, как же сильно ты меня раздражаешь! Я вижу насквозь твою мерзкую душонку, — прорычал Элиас.
Парень не давал Риду вставать, каждый раз сбивая с ног, пока сам не решил поднять Лэса за грудки, вдавливая в стену. Рид почувствовал, как воздух вырывается из лёгких, и осознал, что не может сопротивляться.
Лэстер попытался дать отпор, занеся над противником обессиленный кулак, но это было ошибкой.
Всё произошло одномоментно. Валери слышала треск костей, всхлипы и крики Лэстера, которые разрывали её внутренний мир на куски.
Она не могла сконцентрироваться, не могла понять, что делать дальше. Страх и шок сковали её разум, оставив лишь дремлющее чувство беспомощности.
Элиас сломал один палец, затем второй. Парень не прикладывал и грамма усилий, с хрустом выворачивая тонкие фаланги.
— Увижу тебя рядом с ней ещё раз — сломаю обе ноги, — прошептал демон, после чего сразу отступил, оставляя Лэстера стекать по стене.
Элиас подошел к лежащей на футоне Валери и опустился на колени, подавая полотенце.
Парень всматривался в испуганные голубые глаза, которые наполнялись прозрачными слезинками.
— Почему ты сама не… Вернее, как ты допустила такое? Ты же могла дать отпор? — безмятежно спросил Элиас, будто ничего не произошло.
— Что? — всхлипнула Вэл. — Ты сейчас шутишь? Издеваешься надо мной? Я не смогла бы с ним справиться, разве это не очевидно? — девушка еле сдерживала слёзы.
Парень озадаченно приподнял вверх бровь, оставив на себе маску холодного равнодушия.
— Забудь, он просто кусок дерьма, пойдём.
Элиас помог девушке встать, бросив ненавистный взгляд на потрёпанного Лэстера.
Тот забился в углу комнаты и тихо смеялся.
— Почему ты постоянно раздета, когда находишься в сомнительных компаниях? — холодным и спокойным голосом спросил парень, прикрывая раздвижные ставни.
— Значит твоя компания тоже сомнительная? — буркнула Вэл, оставляя вопрос без ответа.
— Точнее и не скажешь.
Опираясь на горячую руку, Валери молча шла по коридору. Ей не хотелось разговаривать. Сейчас ей хотелось лишь одного — забыть об этом, как можно скорее. Но в душу Вэл уже подкрадывалась чувство вины за произошедшее.
Номер 104.
— Мы пришли. Спасибо. Сегодня я пропущу ужин, — опустив глаза в пол, прошептала девушка. — Не говори ни о чем Имоджен, ладно?
— Я могу войти? — проигнорировав слова Валери, спросил парень.
— Как хочешь… Мне всё равно.
Элиас вошёл вслед за Вэл.
Низкие потолки рёкана не были рассчитаны на высокий рост мужчин, и Элиасу приходилось постоянно склонять голову, чтобы не удариться о деревянные балки.
На фоне парня Валери выглядела совсем крохотной — её хрупкая фигурка прошмыгнула внутрь комнаты и раскрыла створки шкафа.
— Я хочу одеться, может отвернёшься?
Элиас не удостоил Валери ответом, но всё-таки развернулся и вышел на лоджию.
Дневная буря всё никак не могла извергнуть из себя дождь, а лишь нагоняла тучи, пытаясь напугать резкими и холодными потоками ветра.
Элиас втянул носом озонистый воздух.
Такой странный, этот мир.
Здесь есть зелень, вода, огонь, постоянно меняющее цвет небо… Аластор всегда видел особую красоту в людском мире, как и в обличии самих людей. Смех, радость, печаль, любовь… Все это было ему незнакомо. Только гнев и наигранные, заученные годами эмоции.