— Если бы Валери была человеком, она определённо была бы одной из самых красивых девушек на этой планете, — пронеслось в голове демона.
Боковым зрением парень заметил букет белых цветов, бережно стоящих в крупной вазе. Лилии источали волшебный аромат, смешиваясь с влажным воздухом, а белоснежные бутоны смотрели на Элиаса и покачивались на ветру, будто кивая.
Демон вспомнил, для чего он вернулся в рёкан.
Цветы.
Парень соединил большой и средний пальцы, собираясь щёлкнуть и сделать лилии снова «смертными»… Но вдруг резко передумал, убирая руки в карманы брюк. На лице заиграла победоносная ухмылка.
Элиас погрузился обратно в мысли: Почему она не использовала свою тёмную энергию и не прибила этого сукина сына на месте? Почувствовала, что я рядом и захотела проверить? Но для чего этот цирк? Настолько сильно пытается спрятать свою сущность? Опять обвела меня вокруг пальца, демоница.
Из размышлений Элиаса выдернул противный вой сирены, сопровождающийся рёвом мотора. Демон медленно перевёл золотые глаза на ворота гостиницы.
К рёкану подъезжала машина скорой помощи.
Из криво припарковавшегося автомобиля вылезла целая бригада врачей, которых встретил нервный профессор Коллинз. Мужчина сопроводил их внутрь гостиницы, что-то неразборчиво рассказывая и активно жестикулируя.
Элиас не заметил, как со спины подошла Вэл, облачённая в растянутую футболку. На серой ткани красовалась яркая эмблема археологического института.
Девушка проследила взглядом за группой докторов во главе с Норманом Коллинзом.
— Что теперь делать? Нас всех загребут в полицейский участок, — произнесла Валери, впиваясь ногтями в сжатые ладони.
— О чём тебе волноваться? Ведь он первый напал на тебя, распуская свои грязные руки, — раздражённо ответил парень.
Вэл решила промолчать. Она не знала, что сказать. Девушка мечтала, чтобы всё это оказалось лишь ночным кошмаром. Валери мечтала проснуться.
Если бы не я — ничего бы не случилось. Лэстер буквально обезумел. Я даже не замечала, как тяжело живётся этому парню, позволяя себе и остальным постоянно использовать его. Я просто паршивая эгоистка.
Элиас продолжал всматриваться в лицо Вэл, пытаясь прочитать эмоции девушки. А может, он уже давно читал её мысли?
Валери слегка поёжилась и скрестила руки на груди, выстраивая максимально закрытую позу.
Тишину нарушил настойчивый и нетерпеливый стук в дверь.
Глава 7. Саке сделает своё дело
Некоторое время пара неподвижно стояла посреди комнаты. Вэл беспокойно озиралась на дверь.
Они пришли за Элиасом.
Валери не могла объяснить появившееся в груди щемящее чувство. Оно грызло, терзало и волновало девушку изнутри, обжигая лёгкие.
Настойчивый стук продолжался. В кровь выбросило дозу кортизола, дыхание сбилось. Ладони защипало от соприкосновения недавних ран с вновь впивающимися в кожу ногтями.
Почему же её так сильно волнует судьба этого несносного сноба?
Валери перевела взволнованный взгляд на парня.
Элиас находился в состоянии абсолютного спокойствия. Ситуация не вызывала у него совершенно никаких эмоций. Гладкое лицо ни о чём не волновалось и сохраняло безразличное спокойствие. В этот момент, Вэл сильно позавидовала его хладнокровной безмятежности.
В реальность вернул скрежет раздвижной двери по старой и плохо смазанной направляющей.
Ставня с грохотом отлетела в правую сторону и в комнату, буквально ввалилась, Имоджен.
С плеч Валери словно упала тяжёлая гора. Девушка с облегчением выдохнула.
Чёрт, Имоджен! Чуть сердце не выскочило.
— Вэл, я весь кулак сбила, почему ты не… Элиас? Ох, я чему-то помешала? Здесь так темно и интимно…, — затараторила Дженни ухмыляясь, глядя на парня.
— Ты ничему не помешала, Имоджен, — закатила глаза Вэл. — Что-то случилось? Выглядишь встревоженной.
— Профессор собирает всех в холле, какие-то местные придурки сильно избили Лэстера Рида.
Валери бросила быстрый взгляд на Элиаса. Тот безучастно облокотился на стену и не обращал никакого внимания на разговор подруг.
— Уже известно… Кто это сделал? — нервно спросила Вэл, переступая с ноги на ногу.
— Лэстер сказал, что на него напали несколько пьяных бугаев, видимо, с целью обворовать.
Из покрытого тенью угла комнаты раздался короткий и бархатистый смешок парня.