— Ещё не поздно, — предупредил Андрейка. — Если что случится… не обижайся!
Видать, он и сам беспокоился, не зная, чем эта затея закончится. Голос дрожал, а рука подносила к патрону трещавшую вату неуверенно. Гумер, прибежавший из дому, совсем растерялся — он держал рукой оттопыренный карман и, широко раскрыв глаза, глядел на патрон с удивлением.
Каждый понял: это последнее испытание двух соперников, не разделивших атаманства. И до этого не раз они сцеплялись как молодые петушки. Но сегодняшнее испытание решающее. Кто победит сейчас, тот я будет командовать…
— Может… передумаешь? — спросил Андрейка. — Пока не поздно.
Ему и самому стало жарко, в горле пересохло. Ваня усмехнулся.
— Боишься, что в руке разорвётся?.. Вот под кем надо посмотреть — сухо ли?
Андрейка побледнел, его длинная шея, дёрнувшись, проглотила комок и рука наконец поднесла вату под капсюль патрона. Кто-то, зажав руками уши, повалился в траву. Напуганный Гумер, не различая, где белое, где чёрное, показал всем пятки. Зато Харис, поправив ремень, подошёл к Ване ближе.
— Не бойся, — шепнул он другу.
Андрейка отпрыгнул в сторону и тотчас раздался выстрел. С крыши сарая, захлопав крыльями, взлетели голуби.
Ваня и Харис, оглохшие от выстрела, переглянулись.
— Во дал! — обрадовался поднявший голову Яшка. — Садануло, как из пушки!
— Дробинки рядом с ухом просвистели! Ей-бо! — сказал Нигмат, потирая уши.
Андрейка лежал в траве, зажав левой рукой локоть правой.
— Андрюша! — встревожился Гумер. — Ты жив?
— Нет, ранен! — ответил тот, приподымаясь. — Дробь, кажется, в живот попала.
Мальчишки вначале боялись подойти к Андрейке, затем, осмелев, приблизились и, приподняв подол его рубахи, осмотрели живот — никакой там крови не было.
— Ни одной царапинки! — заверил Нигмат.
Повеселевший Андрейка сел и попросил у Гумера закурить. Подобострастно улыбаясь, тот вытащил из кармана пачку папирос.
— Вот они — ваши макароны, — усмехнулся Харис.
Первую папиросу Андрейка дал Ване, вторую взял себе, остальные передал ребятам. Пачка пошла по рукам.
Закурили все, кроме Хариса и Вани. Кашляя и задыхаясь, начали пускать в небо синие струйки дыма.
— Я так и не понял, кто победил, — сказал Нигмат.
— Никто! — заявил Яшка. — Испугались оба.
— Нет, Ваня выдержал экзамен.
— Андрейка тоже.
— Оба они испугались…
— Как же быть? — задумался Нигмат. — В один котёл две бараньи головы не всунешь.
— Значит, пусть ещё раз померяются.
— Ну что ж, я согласен, — сказал Андрейка, потирая локоть. — Но если правду сказать, верх всё-таки взял Ваня.
— Значит…
— Значит, команда ему подчиняется, — решил Харис.
Ваня в разговор не вмешивался. Он думал: как же так получилось, что патрон взорвался не в руке, а где-то за тополем? Ваня с Андрейкой стояли друг против друга. Потом Андрейка упал. И что-то ещё крикнул. Значит, патрон отбросил не он. Кто же тогда выручил Ваню? После выстрела над упавшим Андрейкой склонился Харис… Неужели он?..
Ваня сразу повеселел. Улыбаясь, как человек, увидевший друга, с которым не встречался больше года, шагнул он к Харису и тронул его за рукав.
— Ты? — спросил он, показав глазами за тополь.
Харис кивнул.
— А если бы в твоей руке рвануло?
— Руки не жаль, — усмехнулся друг, смущённо пожав плечами. — Я боялся, чтобы тебе глаза не вышибло.
— Спасибо…
До книг и тетрадей никто не дотронулся. Мяч тоже лежал в стороне. Мальчишки заговорили о сабантуе.
— Харис, давай поборемся, — предложил Ваня. — По-татарски!
— Пожалуйста…
— Но ты же боишься щекотки, — заметил Гумер.
Несколько дней назад Ваня попросил Хариса научить его татарской борьбе. Мальчишки стояла тут же, наблюдали. Только Харис схватит друга за поясницу, тот прыгает, как молодой жеребёнок. Хохочет и машет руками: «Нет, не могу! Щекотно…»
А сейчас Ваня вдруг твёрдо заявил:
— Не боюсь.
Глаза Нигмата сузились:
— Да, да. Пусть борются, пусть. И если победит Харис…
— Там видно будет. А пока, Нигмат, придётся подчиняться Ване, — вставил Андрейка.
— Но его приказа ещё не было.
— Будет.
Ваня пришёл в себя:
— Ну что ж, — сказал он. — Первый приказ такой: бросить папиросы! Никто ещё не видел пользы от курения. А вред — на каждом шагу.
Харис и Ваня бросили свои папиросы на землю и растоптали ногами. Но мальчишки бросать и не подумали. Сразу видно: приказ командира им не понравился.
— Как же так? — усмехнулся Яшка. — Солдатам табак выдаётся каждый месяц. Если бы вред был, не выдавали бы!