Выбрать главу

Технику Ане Кузьминой дали строгий выговор. Её же заставили оплатить стоимость ремонта сгоревших моторов.

Через неделю Ваню перевели на своё место — водителем двадцать четвёртого трамвая.

Испытание верности

Пришла весна. Обгоняя друг друга, побежали звонкие ручьи. За неделю снег на улицах почти растаял. На стёклах трамвайных окон появились надписи: «На Волге тронулся лёд!» Горожане толпами, как на сабантуй, устремились к Волге — полюбоваться ледоходом. Трамваи шли на Дальнее Устье переполненными.

Светлана, высадив пассажиров у берега, попросила Ваню задержаться на пять минут. Он укрепил тормоз и тоже вышел из трамвая.

Кого только не было на берегу Волги. Все одеты празднично. Бабушки в ичигах и башмачках, в цветастых платках, повязанных по-татарски, старики в тюбетейках, сосредоточенные, приглаживающие пальцами усы, глядели на ледоход молча. Детишки бегали наперегонки, как молодые жеребята, и трудно было понять, что их больше занимает: лёд на реке или возможность порезвиться. Нарядные длиннокосые девушки из-под опущенных ресниц поглядывали на своих суженых, а парни с расстёгнутыми воротниками, казалось, были готовы сразиться с любым батыром. И все будто чего-то ждали, что должно случиться непременно сейчас, в эту минуту.

Льдины, подталкивая друг друга, плыли вниз по Волге с шумом и грохотом. И не было им конца-края.

Ване стало грустно. Вон рядом — спокойный залив. На островке поблёскивают серебром пушистые серёжки ивы, словно ждут чьего-то прихода. В детстве он не раз заглядывал сюда… Не долго думая, Ваня перепрыгнул с льдины на льдину и, сорвав самую красивую ветку, вернулся к трамваю.

— Тебе, — сказал он Светлане, не глядя ей в глаза.

Она растерялась, щёки покраснели, голубые глаза казались теперь синими.

— Я?.. Мне?.. Спасибо, — улыбнулась она, взяв пушистую ветку, и что-то ещё хотела спросить, но Ваня опередил её:

— По дружбе… За помощь.

Синий огонь в её глазах погас. Она кивнула на трамвай.

— Поехали?

— Да, Света. А то, кажется, задержались.

Подходя к трамваю, она, трогая рукой нежные серёжки ивы, сказала:

— Скорей бы лето, с цветами на лугах, чистым небом.

— Мне тоже надоела холодная погода. Вот пройдёт ледоход, сразу всё переменится…

Действительно, наступившие тёплые дни многое изменили. И прежде всего в самих отношениях Вани и Светы. На работе у них всё вроде оставалось по-прежнему. Двадцать четвёртый график не нарушал, план перевозок пассажиров тоже выполнялся. В свободное время Ваня ходил на лодочную станцию или на стадион — играть в футбол. По вечерам иногда бывал на занятиях спортивного кружка и раз в неделю на стрелковых соревнованиях. Светлана тоже не отставала. Как оказалось, слов на ветер она не бросает: и стреляла не хуже, чем он, и ездила на велосипеде, и занималась гимнастикой…

Яшка всё высматривал, как сыч. Из его намёков было видно: Тамара уже не будет присылать своей подруге писем, потому что ей всё известно. Яшка постарался.

Пришёл сабантуй. Двоюродная сестра Светланы уехала в деревню — там этот праздник проходит всегда интересно и по-своему. Светлана пригласила своих подруг и друзей на выходной в дом сестры. В том числе и Гульсум с Ваней.

Было очень весело. Во главе стола посадили Светлану с Ваней, сославшись на то, что вместе, мол, работают. Светлана была так хороша и нарядна, что парень смутился: белокурые волосы уложены колечками, брови подведены, ресницы чёрные. Розовое платье с короткими рукавами, подшитое снизу тонкой лентой, обтягивало стройную фигуру девушки…

После первой рюмки запели под музыку граммофона. Пластинка попалась старая, и игла часто кружила по одному следу, наигрывая: «гм-гм-гм», до тех пор, пока её не подталкивали рукой.

Послушав две такие нестройные песни, Светлана, стуча каблуками, прошла на кухню и вынесла большую сковороду с эчпочмаками. Опустив ресницы, краснея и чуть улыбаясь, она пошутила:

— Кому понравится мой пирог, тому и я понравлюсь!

Девушки и парии пробовали пироги, расхваливая того, кто их стряпал. Когда же Ваня сказал, что и раньше любил эчпочмак с жирной утятиной, но такого вкусного, как сегодня, ещё не пробовал, все вдруг зашумели, требуя поцеловать Светлану.