Казалось бы, все рады, все довольны и все хорошо? Но два обстоятельства складывались не в пользу молодой семьи. Первое: они необдуманно выпроводили дядюшку из поместья, снабдив его лошадью и кошельком. Злодей успел прихватить содержимое своего тайника. Он отправился на север, к своим дальним родственникам клянясь отомстить. И, второе: герцог, будучи навеселе, на Рождество порезвился с дочкой местной повитухи. Простой, милой девушкой, прислуживавшей в замке в качестве горничной. Она понесла от него. Не смотря на беременность от герцога, участь горничной, и ее малыша, была не завидна. Ребенок – бастард, обуза для старшего сына и оскорбление для невестки. Лучшее, что могло произойти с ним, отдадут в бездетную семью или в подмастерья, куда подальше, как подрастет. Лэрду не охота было забивать себе этим голову. В тайне, он надеялся, что горничной поможет ее мать решить пикантную проблему.
Так миновала зима и наступила весна. По не умалимому капризу судьбы, Кэт тоже ждала ребенка. Ее мучили приступы дурноты. Утром она выползала на кухню и просила что ни будь кисленького или хлеба с солью. В замке радовались скорому прибавлению семейства. Джимми готов был носить жену на руках. Он, как мальчишка, таскал с кухни всякие вкусности для нее, относил на руках жену в купальню, когда ей совсем было невмоготу. Сам купал жену и массировал отекшие ноги, гладил по животу. Герцог, вспомнивший себя в молодости, только грустно улыбался.
Пещеру у лесного озера очистили и превратили в уютный грот, где молодые время от времени уединялись. Кэт была счастлива. Она любила и была любима. Жизнь текла спокойно. В поместье свекра ее все уважали и любили, почитая молодой хозяйкой.
Другая молодая женщина тоже ждавшая малыша, категорически отказывалась от него избавиться, не смотря на угрозы матери. Как не старайся, шила в мешке не утаишь. Про беременность узнали в поместье и перестали уважать. Если бы она не была дочкой повитухи, забили бы камнями, за грехи. Но кто же рискнет, ссориться е единственной на всю округу повитухой, зная, что от умения и опыта старухи зависит жизнь роженицы и младенца. Так и жили они с матерью в одиночестве и достатке. Что, однако не мешало матери ежедневно выговаривать дочери, что ее ребенок будет незаконнорожденным и все в том же духе. Герцог иногда навещал свою пассию больше для собственного удовольствия. В основном, пользуясь отлучками сына и невестки. Прилюдно ездить к дочери повитухи ему было зазорно.
Миновала весна. На зеленых лугах паслись коровы и овцы, в огородах зрели овощи, а в полях колосились пшеница и ячмень. Леди Кэт с мужем в очередной раз поехали в свою пещеру побыть вдвоем и поплавать в озере подальше от посторонних глаз. Теперь по указанию герцога леса охранялись от лихих людей. Была даже разработана система сигналов.
И в одну летнюю ночь Кэт проснулась, и ей очень захотелось поплавать. Луна позвала ее серебряным лучом, коснувшись лица. От полноты чувств молодая женщина не раздеваясь, как была в шелковой рубашке, вошла в воду и поплыла на середину озера. Счастье переполняло ее, и, сама не заметила, как она уже летела над водой, купаясь в лучах огромной луны. Сама не ведая того, что приняла дар от бабки – колдовскую силу. Значение и мощь которой, еще предстояло постичь. Вот так мокрой и летающей над водой в полусне-полуяви и застал ее муж. Схватил за руку и разбудил поцелуем: «Что ты творишь? Дай бог, чтобы тебя никто не видел». Увы, стражники, охранявшие лес и лесорубы видели летающую над озером женщину, с большим животиком.
По поместью поползли не добрые слухи о ведьме. Слухи перекинулись и по ту сторону границы и за пределы поместий. Это становилось опасно. Каждое полнолуние муж и свекор запирали несчастную женщину в покоях, завешивались плотно окна. Но все равно, тонкий лунный луч пробирался в спальню и Кэт взлетала и кружила по комнате до рассвета. Приближался срок родов. Конец августа – начало сентября – время сбора урожая и заготовления припасов на зиму. Лежа в спальне, Кэт отдавала распоряжения, сколько и чего заготавливать, куда складывать и как распределять собранный урожай между членами клана.
Джимми не мог больше бояться за жену и ребенка, что раскроется тайна и любимую постигнет участь его матери. За помощью он отправился к целительнице Марии, надеясь, что она поможет и с этой бедой. Он отправился на рассвете, обещая отцу и жене не задерживаться дольше, чем это необходимо, и надеясь успеть вернуться до родов. К седельному мешку была приторочена сумка с подарками для Марии и письмом от герцога. Джимми ехал знакомой дорогой, свернул в лес, скрывшись в чаще. Вскоре увидел знакомую хижину. Целительница ждала его, встретив словами: «У нас мало времени, поторопимся». Джимми уставился на нее. «Я все знаю, слухи расползлись быстро, и я нашла средство спасти твою жену и ребенка. Но знай, за это будет дорогая плата – две жизни за две жизни». Про то, что ее дни сочтены, она не упомянула, не сочла нужным. Ночью при полной луне они развели на поляне большой костер. Целительница стала читать вслух старинную книгу и подбрасывать в костер какие-то травы. Вскоре все поплыло перед глазами Джимми. Он почувствовал острую боль в руке, но не мог пошевелиться. Костер горел ярче, языки пламени кружились в замысловатом хороводе, взмывая выше деревьев. Казалось, целый сонм ведьм кружился вокруг огня. Фиона, просила силы зла отпустить душу невестки, за предложенный им откуп. Больше он ничего не помнил. Будь по твоему, сказал один из призраков. Но знай, в твоей семье еще будет один, наделенный даром. Он еще не родился, его время не пришло. До скорой встречи сестрица. Утром костер погас, ларчик с золотом и миска с кровью исчезли. На траве лежала обессилевшая целительница.