На его руке была повязка, под которой страшно саднил свежий порез. «У нас получилось. Они приняли откуп и отпустили душу Кэт. Она больше не ведьма, луна неопасна для нее. Езжай домой и поторапливайся, верь жене и береги ее.» Джимми вскочил в седло без промедления. Передай герцогу, что я люблю его и жду встречи с ним в лучшем мире. «Прощай сын мой, торопись. Беда идет в замок и горе в дом. Джимии оторопел, «Матушка, как?» « Тогда много лет назад, вместо меня, церковники сожгли тело матери твоего погибшего от рук разбойников оруженосца. Ее глупая болтовня, подвела меня на эшафот. Сам знаешь, наши люди разорвали бы сына предательницы. Поэтому мальчишку быстро привезли к тебе в Эдинбугр, оруженосцем. Так Лэрд сдержал слово, данное его матери, позаботится о сироте и не дать его в обиду». Джимми не мог опомниться от всего услышанного. Даже в детских мечтах он не смел надеяться, на встречу с матерью. Вот почему, он был уверен, что знает эти глаза, осанку…. «Спеши, время беспощадно» и шлепнула лошадь по крупу. Послушное животное пустилось во весь опор. Целительница перекрестила удаляющегося всадника. «Прощай мальчик мой». И упала бездыханной, под кроной большого дерева.
Тем временем в замке. Утром явилась повитуха с большой корзиной. Никого не спрашивая, прошмыгнула в библиотеку, где занимался делами с управляющим и принимал просителей герцог. Увидев повитуху с корзинкой, он знаком приказал всем удалиться. «Какие вести, что скажешь?» «Вот ваш сын, господин, молю вас признать его и позволить жить в замке вместе с матерью». С этими словами, старая женщина протянула крошечное, сморщенное существо герцогу. Мрачное лицо Лэрда еще больше потемнело, глаза метали молнии, кулаки сжались. «как ты осмелилась …. В это время дверь распахнулась и в библиотеку вбежал мальчишка – посыльный. «Ваша светлость, Ваша светлость, беда, нападение на замок», – затараторил он. Отряд вооруженных людей приближается к замку. Копья подняты, щиты наготове. Они скачут во весь опор без знамен и знаков отличия на одежде. Сигналили с дозорных башен. Только на одном из них на берете, белое перо.
«Все к оружию», – выдохнул герцог, – «звонить в колокол! На стены, закрыть ворота!». В эту минуту вбежала служанка Леди Кэт: «Ваша светлость, простите меня, но хозяйке плохо, пора», – увидев повитуху, – «слава богу, ты уже здесь, простите милорд, надо торопиться на помощь леди. Её время пришло». «Головой мне отвечаешь за Кэт и ребёнка, старая карга. Беги куда надо и не попадайся мне на глаза», – с этими словами герцог почти выбежал из библиотеки. Все жители замка и поместья успели спрятаться за вековыми стенами. Пастухи, услышав сигнал тревоги, отогнали стада подальше от замка. Не успевшие укрыться в замке, схоронились в потайных местах, построенных специально на такой случай.
Поднимаясь в покои роженицы, повитуха кипела от злости и ненависти: «Как так, малыш, крепкий и здоровый сын герцога будет жить в деревне, как простой бастард? А этот выродок, которого принесёт молодая хозяйка (ещё неизвестно, что родится, если вообще родится на свет), будет жить в богатстве, купаться в родительской любви и пользоваться всеобщим уважением! Это несправедливо!». И тут страшная мысль мелькнула в голове старой, доведённой до отчаяния женщины. Она поменяет детей, никто не догадается об этом. Дети – родственники, сходство будет. Пусть Лэрд растит сына, называя его внуком. Неважно, как его будут называть, главное, не ублюдком.