— Что? - задал я риторический вопрос, делая делая себе холодное какао, когда уже устал от напряжённой тишины и чувства пристального взгляда в затылок.
— Ты опять был с той… женщиной. - это было утверждение, а не вопрос. Учитывая её-то нюх. И она явно хотела сказать что-то матерное, но ограничилась тоном, с помощью которого она выразила своё мнение о Кате.
— Ну да. - просто сказал я, пожав плечами.
Сев на диван, начал искать какое-нибудь интересное шоу, шедшее по телевидению. Лаура же несколько минут стояла молча и недовольно смотрела на меня. Потом выразительно тяжело вздохнула. И в итоге села возле меня и устроила свою голову на моём плече. Так и сидели. Лаура несколько минут обиженно сопела и была очень напряжена, но потом расслабилась и тоже начала смотреть телек.
— Лаура… Хватит, а? - устало поинтересовался у девушки.
— Что? - обиженно спросила у меня девушка, надув губки.
Тяжело вздыхая, откладываю кружку в сторону. Серьёзно уставился на неё.
— Лаура, перестань. Это неправильно. Мы… - но меня прервали.
— Почему?! Ну почему?! Почему какие-то шалавы могут быть с тобой, а мне ты не разрешаешь даже свои истинные чувства тебе выразить?! Почему ты не можешь их принять?! - Лауру… Прорвало. Пипец, как неожиданно.
Лаура очень быстро села на мои колени, вцепилась крепкой хваткой в мои плечи и трясла меня, пока она кричала и смотрела мне в глаза. О Мироздание, этот взгляд. В этом взгляде был целый коктейль эмоций: обида, злость, надежда, упрямство и т.д. И Любовь с Нежностью. Блять, чувствую себя куском дерьма. Но надо продолжать удерживать позиции.
— Лаура, это не правильно. Мы же родственники. - это прозвучало жалко.
— Мы только по официальным документам являемся дядей и племянницей, но в нас нет одной и той же крови. А де-факто, мы ими никогда не являлись. - с триумфальной улыбкой произнесла регенераторша.
— Ты мне как родной ребёнок. — Ага, значит отцы теперь тайком смотрят на филейные и не только части своих дочерей. - её голос сочился сарказмом с ехидством. Чёртовые глаза! Хотя Лаура специально одевала облегающую одежду и провокационно наклонялась в интересные позы. Это понимала она, это понимал и я.
— Эхх, Лаура. - закатил я глаза, легонько оттолкнув Лауру на кресло, ибо… Ну, ибо я здоровый мужчина, она меня почти оседлала и у на ней был облегающий топ. И лифчик отсутствовал.
— В тебе, в данный момент, говорят гормоны. Давай мы закончим… - и меня снова перебили.
— Нет! - глаза Лауры прямо горели решимостью и убеждённостью в своей правоте.
— Я люблю тебя! И это говорят не гормоны, а сердце! Я просто хочу быть с тобой рядом и любить тебя, никак дочь или племянница, а как женщина! Я тебя полюбила ещё тогда, в Канаде. Когда ты нашёл нас с матерью, когда успокаивал меня во время истерики, когда ты всё время был рядом со мной и не давал скатиться в депрессию, когда потом всё время обо мне заботился, хотя ты мог спокойно уйти.
Я сам не заметил, как она снова оказалась на моих коленях. Наши лица были непозволительно близко, я чувствовал её теплое дыхание.
— Алекс… Пожалуйста… - губы Лауры начали подрагивать, в уголках глаз начали скапливаться слёзы. А в глазах была мольба и надежда. Надежда на то, что я приму её чувства.
Я понимал, что достиг Рубикона. И любой мой выбор изменит наши отношения. Навсегда и безвозвратно. Было мне хреново от того, что приходится выбирать? Да. Были опасения из-за выбора? Конечно. Не хотел-бы я что-либо менять? Да. Но всё это меркло перед страхом того, что отношения с моей Лаурой испортятся. Когда я сам себе признался, что я чувствую к Лауре, у меня словно камень с сердца упал. И только сейчас понял, что молчание затянулось. Слезы уже катились ручьём, в глазах Лауры было отчаяние и она всхлипывала и дрожала всем телом. Бедненькая моя… Она уже дёрнулась, наверное, чтобы убежать, но я этой возможности ей не дал. Положив руки ей на спину и чуть дёрнулся вперед, поцеловав самого дорогого мне человека в этом новом мире. Поцелуй был нежный и лёгкий. Сперва Лаура была в ступоре. Видимо думала, что я не приму её чувств. А потом она обняла меня за шею и начала отвечать. В её поцелуе чувствовалась любовь и облегчение. И счастье. Разорвали поцелуй мы лишь из-за нехватки воздуха в лёгких.
— Теперь… Мы пара? - шёпотом поинтересовалось у меня моё зеленоглазое чудо.
— На людях станем парой, когда сменю внешность и личность - ответ явно не понравился Лауре из-за перспективы того, что придётся ждать. Но это было мимолётное чувство. Она снова потянулась за поцелуями. Я был только за.
***
Я был в небольшом шоке, когда ночью меня стали будить, тормоша за плечи и говоря моё имя. Я чуть шею не свернул будящему от неожиданности и спросонья, но потом понял, что руки женские, а голос принадлежал Лауре. Я уже повернулся на другой бок, включил настольную лампу с бледно-белым светом на тумбе и хотел возмутиться: зачем меня будить ночью, но слова застряли в горле.