Он обращается к служащему в регистратуре:
— Мне нужен номер с телевизором.
— На какой срок?
— На день…
Немного помедлив, он добавляет, чтобы не вызвать подозрений:
— До завтрашнего утра…
— Все номера заняты, — отвечает служащий.
Он заглядывает в книгу регистрации.
— Вот завтра у нас уезжает целая группа. Сразу освободятся несколько номеров.
— Пожалуйста, посмотрите получше, — настаивает Роберт. — Я согласен на любой номер… Даже без ванной комнаты… Но только сию минуту…
— В нашем отеле все номера с ванной комнатой, но в настоящее время они заняты… Сожалею, мсье… В июне у нас всегда столпотворение…
Между тем холл постепенно заполнялся постояльцами отеля. И каждый из них источал уверенность в себе. Как же! У всех этих самодовольных розовощеких бизнесменов и членов их семей была крыша над головой. Любой из них имел право взять у портье ключ и отправиться в номер, где мог тут же завалиться в постель.
Роберт выходит из отеля на улицу. Жара кажется ему невыносимой. Влажным горячим компрессом она липнет к его телу. Дорогой костюм Роберта из чистой шерсти, не по сезону легкий для этого времени года в Европе, виснет на его плечах стопудовым грузом. Пот льется градом по спине Роберта. Промокшая насквозь подкладка пиджака оставит, без всякого сомнения, пятна на белой рубашке. В отеле «Космос» в шкафу висит на плечиках его летний костюм. В утренней спешке он совсем забыл, что надо сменить шерстяной костюм на летнюю одежду.
Он пересекает Е-стрит, выходит на 11-ю улицу, которая приводит его к Ф-стрит. Шагая наугад, он видит, что проходит мимо «Интэрнэшнл Сейфвэй», самого большого супермаркета в Вашингтоне, где можно купить любые импортные продукты: немецкое пиво, голландские и французские сыры, только что доставленные из тропических стран свежие ананасы. Роберт рад возможности зайти в магазин, чтобы побыть немного в прохладном помещении с кондиционированным воздухом. С горящими от жара глазами и мокрыми от пота волосами на голове, Роберт бродит словно потерянный среди домохозяек, размышляя о том, сможет ли он выйти из магазина без покупки.
На одной из полок он видит сырное печенье в целлофановой упаковке. После первой поездки в Америку он пристрастился к этому лакомству. Взяв с полки одну пачку, он направляется к выходу. По пути он прихватывает тележку, чтобы пройти через кассу. Положив в нее покупку, он терпеливо ждет своей очереди. Наконец Роберт подходит к кассе и расплачивается. Спустя секунду он уже снова стоит на улице.
Он чувствует себя больным и легким как перышко. Навстречу ему идет чернокожий дворник с метлой. Роберт следит глазами за мерным движением метлы справа налево. Куда же ему пойти? Он видит витрину обувного магазина… Может, купить себе ботинки? Он бредет к магазину. «Детская одежда», — читает Роберт на рекламном щите. У него нет детей. Дальше кинотеатр. А что, если просидеть весь день в кино? В утренние часы открыты лишь залы, где крутят порнуху.
Подобные фильмы вызывали его интерес лишь в ту пору, когда он только-только начал ездить по командировкам. Первый фильм потряс его воображение. Вышедший из рабочей среды, он строго придерживался нравственных норм, установленных в крупных международных фирмах. У него не было никакой возможности вести такой образ жизни, какой был ему по душе. Вынужденный постоянно держать себя в узде, Роберт мог насладиться запретным плодом лишь во время командировок. За этот период он увидел немало непристойных картин. И всякий раз после подобного просмотра спешил поскорее забыться в продажных объятиях. Он не считал зазорным время от времени позволить себе предаться некоторым излишествам. Однако в это утро его так скрутила болезнь, что он не чувствует ни малейшего желания смотреть на какие бы то ни было задницы. Даже самые соблазнительные и аппетитные.
«Сегодня это развлечение не для меня», — вздохнул он. Вдруг перед его мысленным взором словно в калейдоскопе возникли персонажи из знаменитых мультипликационных фильмов. «Вот что мне сейчас надо…»
Неожиданно кто-то касается его руки.
— Это вы забыли в тележке супермаркета?
Он сразу узнает свой портфель в руке молодой женщины.
— Мой портфель! — восклицает он.
У него кружится голова, и он готов упасть.
— Вам плохо? — спрашивает женщина.
Едва стоящий на ногах, полуприкрыв веки, он имеет весьма непривлекательный вид. Пот льется с него в три ручья.
— Вам надо поскорее прилечь…
Женщина говорит по-английски с заметным акцентом.
— Спасибо, мадам, — отвечает он по-французски.