- Какие неподобающие разговоры для юной девушки, Велия! - возмутилась Арам больше для порядка, чем испытывая на самом деле недовольство.
- Госпоже надо отдохнуть, - услышала она тихий голос Хоршед рядом с собой и слегка повернула голову, чтобы увидеть девушку, - Я провожу ее в комнату.
- Хорошо, - кивнула женщина, - Сделай это и проследи за моей дочерью, Хоршед.
- Слушаюсь, - поклонилась девушка и, взяв юную госпожу под руку, повела ее в дом.
Ромус проводил девушку недоуменным взглядом и вопросительно посмотрел на Арам.
- Я раньше не видел этой рабыни, госпожа, - сказал он виновато, но прямо.
- О, у меня есть много, что рассказать тебе, мой друг! - рассмеялась женщина, - То ли еще ты увидишь!
- Но она… странная, - снова посмотрев в сторону дома, проговорил управляющий.
- Что ты имеешь в виду? - в миг насторожившись, спросила Арам.
- Стоит такая жара, а она закутана в плотную темную ткань… И ни капельки пота на ее коже. Простите, госпожа, но даже ваша прекрасная кожа блестит от влаги.
- Ты очень наблюдателен, Ромус, - заметила женщина, - Но разве это повод для беспокойства? Может, Хоршед устойчива к жаре? Это такая мелочь… А одевается она так из-за тела - к сожалению, как я слышала, оно страшно изуродовано…
Управляющий понимающе кивнул.
- Я прошу прощения за свою нетактичность, госпожа, - произнес он, снова кланяясь, - Не хотели бы освежиться с дороги? Купальни готовы, а на террасе вас уже ждут прозладные напитки и легкие закуски.
- О, это просто замечательно! - просияла от одного только предвкушения Арам.
Несмотря на радость от осознания того, что утомительное путешествие наконец-то закончилось, слова Ромуса упали в сердце женщины неприятным камешком, и их стоило бы обязательно обдумать.
Глава 12
По сравнению с Липосом, на побережье был настоящий рай. Да, жара стояла, но ее смягчал постоянный ветерок с моря, мягкий и душистый, наполненный запахом сандала и специй. Арам каждый день вместе с девушками отправлялась на берег, чтобы посидеть под зонтиками и поглядеть на постоянно снующие туда-сюда маленькие лодочки рыбаков. Большие корабли они тоже видели и играли в забавную игру: представляли, что могли нести в своих трюмах эти суда, куда везли и сколько этот груз мог стоить. Мэтхеб с Велией приобрели привычку собирать красивые камешки и ракушки, а Хоштед иногда даже находила янтарь, редкую диковинку в этих местах. Лисанна, казалось бы, успокоилась и на время перестала беспричинно цепляться к девушкам и задумчиво бродила по самой кромке воды, стараясь не намочить подол платья.
По вечерам гарем рассаживался в просторной гостинной или в саду, наслаждаясь виной, местными лакомствами, читая книги, занимаясь рукоделием или же просто разговаривая.
Больше всего госпожа Алвин радовалась улучшающемуся с каждым днем самочувствию Велии. Ее щечки окрасил румянец, а кожа даже слегка загорела, ведь она почти не проводила время в постели, не считая ночи. Лунная демонесса старалась не отходить от девушки ни на шаг, при необходимости всегда помогая при неожиданной слабости или головокружении. Остальные наложницы тоже словно позабыли все свои конфликты и ссоры и мирно уживались под одной крышей, становясь похожими на настоящих подруг.
Странно, но большую роль в этом сыграла именно Хоштед. Не то, чтобы она снова взяла на себе все заботы о доме - ведь здесь был свой порядок и люди, которые за этим порядком следили. У нее явно появилось больше свободного времени, и она неожиданно смогла привлечь внимание женщин своими как своими знаниями, так и искусством рукоделия. Увидев, как искусно она шьет и вышивает, девушки заинтересовались и изъявили желание немного поучится у нее. В кладовых коттеджа нашлось огромное количество тканей и ниток, и девушки принялись за учебу.
Из-под рук рабыни выходили необыкновенные работы, с первого взгляда покоряющие своей тонкостью и изяществом. А какие кружева она вязала! Однажды Арам застала ее с маленькой белоснежной рубашечкой, по вороту и рукавам которой шла замысловатая вышивка золотой нитью. Шеда дополняла узоры маленькими жемчужинками, а на вопрос женщины, для кого эта одежка, девушка неожиданно грустно улыбнулась. Но не ответить она не могла.