- Конечно, я знала, что за мое предательство идеалам фаришт последует жестокое наказание, - раздался неожиданно рядом тихий шепот Шеды. Видение померкло, сменившись почти благословенной темнотой. Марку не сразу удалось приоткрыть глаза, выныривая из магической пелены, в которое его погрузила рабыня. С трудом сконцентрировавшись на ее лице, он с удивлением увидел почти незнакомое лицо.
Показывая видения прошлого, она незаметно для него приняла свой истинный облик. Теперь на его коленях сидела настоящая фаришта, с золотой кожей, глазами и волосами, блестящими от влаги. Ничем не примечательные черты лица стали тоньше, изящнее, завораживая своей волшебной красотой линий. От восхищения Марк даже задержал дыхание. Словно не веря в реальность происходящего, он порывисто сжал в своих руках ставшую тоньше и при этом тверже талию девушку, потом, в порыве все же узнать свою возлюбленную, коснулся ее живота… груди… плеч… рук… Под его пальцами кожа фаришты словно вспыхивала, отзываясь томлением в низу живота.
Фаришта внимательно следила за выражением лица мужчины и порывисто вздыхала от каждого прикосновения. Не только охотник был подвержен страсти.
- Мдджей отрезал мне крылья, Марк, - после продолжительной паузы снова заговорила Шеда, и на ее сияющих глазах неожиданно заблестели слезы. - Такова плата за предательство. Это было… больно… Словно саму душу вырывали из моего тела, вырывали долго, специально заставляя страдать как можно сильнее… А отец… Отец ничего не сделал. Его боль по Шерити была слишком сильна, чтобы вспомнить о том, что я тоже была его дочерью, его плотью и кровью… Долг превыше всего…
- Девочка моя! - с болью прошептал Марк, тесно прижимая к себе золотое тело. - Как же ты выжила?
- Мне помогла мать Иалу, Шива, - ответила Шеда, ласково потершись щекой о его голову и крепко обнимая руками, - Меня, еще живую, должны были похоронить заживо, но отчего приказали оставить за пределами города. А Шива нашла меня… Отнесла в свой дом… Выходила… Первое, что я увидела, очнувшись, это Шерити и ее сын… Такой хорошенький… Одновременно похожий и на нее, и на Иалу… Именно они стали смыслом всей моей жизни… Потом я встретила Мэхтэб… Она помогла мне избавиться от внешности фаришты и привела в мир людей… Она стала мне не просто другом.. Она стала частью моей семьи…
- А что с твоей сестрой, девочка? - спросил Марк, рефлекторно поглаживая девушку по неровной коже спины.
- Смерть Иалу очень сильно изменило ее… Но она живет ради сына, и Шенти заставляет ее улыбаться. Пока с мальчиком все хорошо, Шерити будет счастлива настолько, насколько это возможно…
Испытывая странную смесь жалости и восхищения к деве-воительнице, что испытала за свою короткую жизнь такие страдания, Марк даже не заметил, что его успокаивающие поглаживание стали открованно ласкающими. Теперь он касался не только спины Шеды, но и нежной кожи шеи, плеч и грудей. Мужчина словно хотел своей любовью стереть все пережитые ею страдания и боль. Ему было даже несколько стыдно, что, выслушав такую историю и даже увидев некоторые моменты словно вживую, он испытывает возбуждение от близости совершенного тела фаришты. Вот только дело было не только в теле…
Ее запах… Запах Шеды… Он щекотал его нос, покрывал его кожу несмотря на воду, и даже словно проник в вены и артерии. Ее низкий, с легкой хрипотцой голос ласкал его слух и пронзал каждую частичку его тела. Между ними давно уже образовалась некая волшебная связь и даже более того - эта девочка была частью его самого… Она была его душой. Его дыхание и стуком сердца. Это была его женщина.
И теперь не только ему, но и Шеде требовалось физическое подтверждение этому. Их тела стремились друг к другу, желая стать единым целым. Его плоть легко скользнула в гостеприимно распахнутые недра, наслаждаясь теплотой и яркостью удовольствия. Всего несколько медленных и аккуратных толчков, и Шеда выгнулась в пояснице, сладко застонав. Наклонив голову, Марк жадно приник к темно-золотой горошине одного из сосков и порывисто втянул в себя, посасывая и даже прикусывая.