На седьмой день своего “отпуска” Марк получил два письма. Первое было от матери, с сообщением о скором возвращении ее и гарема и предупреждении, чтобы к их приезду дом был был готов. Второе же было от императора. Венценосная особа жаловалась на странное равнодушие своего друга, что, несмотря на многочисленные просьбы и приказы, так не явился под сияющий взор его императорского величества. И потому сообщает о грандиозном праздновании его, императорском, Дня Рождения и обязательном присутствии на нем всех его верных друзей и соратников. И так как сие событие требует особого внимания, Марк обязан в ближайшее время, не позже чем за три дня до праздника, осчастливить себя аудиенций у императора. Желательно в компании своей новой наложницы.
“Это правда, что она редкий бриллиант, мой друг?”
Марк почти с ненавистью вглядывался в эту строчку, которую Тимеус Агриппа явно писал с широченной улыбкой на своих тонких губах. Разумеется, специально Шеду он ни от кого не скрывал, но их утехи никогда не выходили за пределы дома. Так откуда же император мог знать о “новой наложнице”? Какая крыса могла уже донести эту информацию до его венценосного друга?
Охотник поморщился, представляя недоуменное и разочарованное выражение лица Тимеуса при виде его Хоршед. Сам-то он считал ее самой очаровательной женщиной на свете. А в постели - просто ух! Но ему претило повышенное внимание и, как следствие оного, огромного количества сплетен, что могли закрутится вокруг них со скоростью смерча. А как себя будет чувствовать сама Шеда? Это она на людях вся такая неприступная, холодная и серьезная. И лишь ему раскрывает свою крайне нежную и чувствительную, вечно переживающую за всех и вся натуру. Она чутко улавливала любое изменение в настроении и всегда с упорством тарана пыталась выяснить источник этих самых изменений.
Держа в одной руке письмо от императора, а второй нервно постукивая по подлокотнику кресла, Марк глубоко задумался. Но сразу же почувствовал Шеду, что бесшумно вошла в кабинет. Его уже давно перестала беспокоить эта странная связь с каждым днем становившаяся только крепче. Он чувствовал ее. Слышал ее сердцебиение. В ноздрях всегда был ее тонкий аромат. А даже самая маленькая боль или беспокойство, испытанное ею, отзывалось стуком в висках. Может, именно поэтому их секс был так хорош?
Повернув голову, Марк внимательно посмотрел на девушку, что сосредоточенно раскладывала по полках какие-то свитки, принесенные в руках, словно мужчины и не было в комнате. Несмотря на жару, она привычно обмотала голову, шею и плечи тонким платком, закрепив под подбородком брошью. Однажды Марк спросил, почему она так делает. Ведь в Липосе нет никакого правила, чтобы женщины прикрывали свои волосы, а у фаришт тем более. Тогда Шеда просто пожала плечами и сказала, что это красиво и ей так нравится. Хотя из-за этого платка она становилась сразу старше лет на десять.
- Малышка, чем ты занята? - спросил Марк.
Мельком взглянув на мужчину, Шеда спокойно продолжила свое занятие.
- Это обработанные договора за последний год, - спокойно ответила девушка, - Вит сказал, их надо отнести в императорский дворец. Но я хочу еще раз просмотреть. Свежим, так сказать, взглядом.
- Когда ты собираешься этим заняться?
- Сегодня-завтра. Документов много, понадобиться неделя. А что?
Марк протянул Шеде письмо императора. Положив последний свиток, девушка подошла и взяла письмо. Обняв Шеду за талию, мужчина притянул ее к себя и посадил на колени, порывисто зарывшись носом в складки ее платка. Ему безумно нравилось, что рабыня не пользовалась никаким духами и отдушками в отличие от прочих женщин.
Шеда раскрыла сложенную вчетверо бумагу и погрузилась в чтение. Пока девушка читала, Марк не мог не позволить себе немного “пошалить” и, подобрав ткани платье, принялся ласково поглаживать нежную кожу бедер сидящей на нем любовницы. Порывистый вздох был ему наградой, но от своего занятия девушка не отвлеклась. В итоге она аккуратно положила письмо на стол и, повернув лицо к Марку, тихонько спросила: