Царь фаришт спешился. За ним - и все остальные. Шеда помогла спустится Шерити с лашали и приобняла сестру, поддерживая. Так к концу путешествия стала выглядеть очень плохо - золото кожи померкло, глаза то и дело закатывались. Ее самочувствием Шеда явно была обеспокоена больше, чем собственному возвращению в родную обитель.
Царь скупо махнул рукой и два гвардейца, неожиданно распахнув огромные сияющие крылья, слетели вниз к человеческому отряду, в пару мгновений миновав лестницу.
- Позаботьтесь о принцессе, - приказал мужчина сурово, указав на дочь.
Один из фаришт легко похватил девушку на руки и тут же взмыл в воздух. Второй, с недоверием оглядев Шеду, последовал за товарищем. При виде легко рассекающих воздух массивными крылами существ, один из воинов Марка не удержал пораженный вздох.
- Удобно, однако, - заметил другой воин завистливо, - Особенно с летающими демонами.
- А перья, что, правда из золота сделаны? - задал вопрос третий, - Тяжелые, наверное.
Шеда, оглянувшись на мужчин, скупо улыбнулась. Позабавилась, наверное, реакции.
- Девочка моя! - раздался со стороны громкий, слегка рычащий окрик.
Разумеется, все оглянулись, включая и Тимеуса с царем. Последний отчего-то нахмурился, Тимеус восторженно улыбнулся, охотники же инстинктивно подобрались. А вот Шеда, неожиданно эмоционально охнув и раскрыв руки, кинулась навстречу необыкновенно большой демонессе, что быстрым шагом приближалась к ним.
- Девочка моя! - восхищенно пророкотало существо, сжимая девушку в объятьях огромных мускулистых рук.
Выше Шеды на добрых три головы, демонесса была поистине крупным экземпляром. Огромная волчья голова с белым густым мехом и крупными ушами переходила в вполне человеческие покатые плечи и торс с большой неприкрытой грудью. Густая шерсть от головы шла по узкой полоске позвоночника и распространялась на плоский мускулистый живот. Здесь человеческое тело снова превращалось в волчье. Из-под широкой черной юбки проглядывали поджарые, покрытые шерстью звериные бедра и ноги. Крупные, но при этом изящные лапы царапали мрамор огромными когтями. Демонесса-волк, похоже, смеялась, издавая странные рокочущие звуки и крепко тиская фаришту в своих лапах. Она даже несколько раз лизнула девушку в щеку, заставив ту счастливо рассмеяться.
Наверное, это и была Шива, мать возлюбленного Шерити и демонесса, что смогла поставить Шеду после казни на ноги. Марк пораженно следил за лицом своей возлюбленной, которое впервые за их путешествие обнаружила такую эмоциональность и искреннюю радость.
- Шива! - ласково проговорила девушка, потрепав демона за растопыренными ушами, - Шива, моя дорогая, как я рада тебя видеть! Выглядишь прекрасно!
Демонесса довольно заурчала. Совсем не по-волчьи.
- Для своего возраста я и чувствую себя прекрасно, девочка моя, - гулко пророкотала та, - Пойдем со мной, Шенти хочет встретиться со своей тетей…
Демонесса взялась за ладонь Шеды, что в ее руке показалась ну очень маленькой. И тут же обвела взглядом стоявший перед ней небольшой отряд. Повела носом, дернула ухом. Уставилась желтыми глазищами прямо в Марка. От яркого и пронзительного взгляда того даже в жар бросило. Потом перевела взгляд на Тимеуса.
- Если хочешь, и мужчину своего взять можешь, - неожиданно заявила Шива.
Шеда посмотрела на охотника и улыбнулась. Протянула ему вторую ладонь.
- Охраняйте господина Агриппу, - бросил мужчина через плечо и принял руку любовницы.
Ничего. Тимеус справится как-то и без них.
Глава 33.1
Демонесса привела их в просторное круглое помещение с огромными проемами вместо окон. Это было что-то среднее между детской, учебной комнатой и тренировочным залом. Стопки книг на столах, табуретках и прямо на полу стояли рядом с многочисленными игрушками, на специальных подставках находилось разнообразное оружие и щиты. В противоположной от входа стороне, на груде ковров и подушек лежал, раскинув крылья, небольшого размера демоненок с книгой в руках. Заслышав шаги, он встрепенулся, поднялся на локтях и уставился на вошедших. В неестественно больших для маленького детского личика глазах золотого цвета сверкнули узнавание и радость, и тот с счастливым визгом подорвался к определенно странной троице.