Сам же охотник настолько привык к спокойной и хладнокровной рабыне, всегда одетой в темные одеяния, что практически перестал замечать непривлекательную внешность и по достоинству оценил ее ум и образованность.
Пока Марк изучал врученные рабыней документы, она быстро и методично обтерла его влажным полотенцем и переодела в простую белую тунику, совершенно не смущаясь наготы прекрасного мужского тела. После обтирания Хоршед прошла за ним в кабинет, аккуратно расставила свежие фрукты и холодный чай с лимоном. К тому времени, как Марк закончил изучать документы и обратился к ней с приказом перевести некоторые тексты и написать ответ под его диктовку, девушка уже сходила на кухню, отдала распоряжения насчет ужина и проверила женскую половину, смотрящей которого она стала две недели назад взамен повредившей ногу Берку. Марк слышал, что сначала такая смена власти им пришлась не по нраву, но Шеда (как стали называть ее женщины с посыла его матери), показала себя таким искусным руководителем, что недовольные очень быстро прикусили свои язычки.
Тяжелее приходилось Мэхтэб. Чаще всего Шеда не давала подругу в обиду, но демоническая красавица не обладала умом и расторопностью смуглой рабыни, из-за чего часто попадала впросак. К тому же действительно крайне чувствительная к ласкам и потому однообразная, она довольно быстро наскучила Марку и он стал приглашать ее к себе в постель все реже и реже. Но как лекарь она продолжала быть очень востребованной – позволения воспользоваться ее услугами не гнушались попросить даже благородные особы.
По вечерам демонесса услаждала слух семейства прекрасными балладами и колыбельными, слов которых никто не понимал, так как Мэхтэб умела петь только на своем родном языке, но голосок юной рабыне был столь мелодичен и прекрасен, что мог покорить абсолютно всех.
Также Мэхтэб оказалась очень умелой купальщицей и чаще остальных помогала охотнику во время омовений.
Лисанну, юную княжну и одну из официальных наложниц Марка, это немного раздражало. Она вообще с появления новых рабынь стала довольно раздражительна, но, может быть, дело все было в ужасной трагедии – забеременев, она упала с лестницы и потеряла ребенка, и даже демонесса не смогла ничем помочь. Правда, охотник однажды подслушал на женской половине девушек, которые предположили, что княжна вовсе и не была беременна – ведь тогда Мэхтэб определенно ей помогла бы.
Глава 4
Давно Марк так не напивался. Его мутило и пошатывало и если, выходя из таверны и прощаясь с друзьями, он крепко стоял на ногах, делая вид, что ему все нипочем, то ближе к дому ему действительно стало плохо.
А ведь во время военной службы они опустошали кувшины в разы больше и быстрей…
Подходя к особняку, его удивило, что на крыльце горел свет. Огонек был маленьким, но слепил после темных улиц, освещенных только светом луны и звезд. Прищурившись, охотник с трудом разглядел плотную фигуру в длинных одеяниях. Она могла принадлежать только одному человеку, с улыбкой подумал Марк.
И действительно, поднявшись по ступенькам, он встретился с непроницаемым взглядом фиолетовых глаз Шеды, смотревших на него без какой-либо тени упрека, зато – с легким любопытством. Также она смотрела на детей, которые подбегали к Марку с требованием рассказать о победе над очередным демоном.
- Господин, - кивнув, проговорила она вежливо, - Добро пожаловать домой.
- Не нужно было меня ждать, - почему-то по-гречески сказал Марк, качнувшись в очередной раз.
Крепко вцепившись в локоть охотника, Хоршед без каких-либо усилий восстановила его равновесие.
- Мне так спокойней, - ответила рабыня тоже по-гречески, - Как провели вечер?
- Замечательно, - сам не понимая почему, Марк рассмеялся, - Сколько вина было выпито, Шеда! Сколько историй рассказано.
- Звучит весело, - кивнула, девушка аккуратно потянула за собой охотника, принуждая войти в дом, - Много друзей увидели?
- Практически всех, - сказал охотник.