- Я тоже поеду с вашими фариштами, - заявил император царю.
Тот удивленно посмотрел на Тимеуса.
- Не беспокойтесь, - усмехнулся мужчина, - Я не доставлю им беспокойства. Я умею владеть мечом и, если мы встретимся с демонами, без промедления им воспользуюсь.
Собрали отряд быстро - тормозить было неи в коем случае нельзя. Джезерит, увидев своего любовника, слегка занервничала. Но Тимеус лишь коротко кивнул и оседлал своего коня, которого собственноручно вывел из конюшни. Фаришты же были без лошадей, собираясь воспользоваться своими крыльями. Выглядели при этом они очень самодовольно и поглядывали на императора с еле заметным сарказмом.
“Чертовы гордецы!” - раздраженно подумал Тимеус, поправляя перевязь на поясе. Вот теперь бы он точно не удивился, если смерть Марка оказался бы на их руках.
Скакать пришлось быстро - летели фаришты стемительно, совершенно не считаясь с темпом лошади Тимеуса. Хотя Джезерит вежливо пояснила такую спешку необходимостью как можно скорее отыскать принцессу, что в одиночке была в непозволительной опасности в лесу, в котором могли оказаться агрессивно настроенные демоны.
- Хоршед, конечно, искусная воительница, - охотно сообщила Тимеусу фаришта, специально для этого спустившаяся на своих крыльях пониже и летевшая вровень со скачущей лошадью императора, - Когда-то она была лучшей из царских гвардейцев. Но она слишком эмоциональна и неуравновешенна - я не уверена, что она справиться с демонами, если встретит их.
Пренебрежительный тон и вид девушки, которую он привык видеть беззаботно улыбающейся или сгорающей от страсти, насторожил Тимеуса и заставил посмотреть на нее по другому. Джезерит и выглядела иначе - лицо более холодное и жесткое, а легкие кожаные доспехи, которые не должны были стеснять движения лучницы, сделали ее похожей на настоящего воина, а не горничную.
- А ты не любишь Хоршед, как я погляжу, - усмехнувшись и вспоминания слова Шивы, проговорил Тимеус.
- С чего вы взяли, господин? - спросила Джезерит, старательно удивившись.
- А я не прав?
Вместо ответа фаришта резко взмыла вверх, что заставило императора улыбнулся еще шире. Женщины всегда остаются женщиной, без разницы, фаришты они или человечки. И всегда по возможности избегают честных ответом, не понимая, что тем самым выдают себя с головой.
И лишь Хоршед полностью ломала его представление о представительницах слабого пола Да, он жутко раздражал ее и это давало ему надежду на то, что девушка все же неравнодушна к нему. Было бы ей все равно, она бы так остро не реагировала. Но при этом с остальными она была одинаково вежлива и предпочитала вести себя отстраненно и независимо, за исключением Марка, Шивы, сестры и племянника. Делала вид, что не обращает внимания на презрительные взгляды остальных фаришт. С отцом держалась независимо-прохладно. Принимала участие в их с царем деловых переговорах, несмотря на явное нежелание и нетерпение. Высказывала крайне разумные и дельные советы, хотя при этом хмурилась. А как забавно она морщила свой маленький золотой носик и сжимала губки. Так бы и смял их в жестком требовательном поцелуе, страстно стискивая стройное тело…
Когда по лесу пронесся громкий, полный ярости и боли крик, Джезерит приказала фариштам остановится. Пока она быстро раздавала указания, кому и как лететь и наступать, крик повторялся снова и снова, смешиваясь с жуткими демоническими воплями. Похоже, Тимеус совсем скоро встретит демонов, с которыми когда-то, по молодости лет, сражался бок о бок с Марком. Интересно, не побоиться ли он столкнуться с ними лицом к лицу? Или, точнее выражаясь, лицом к морде?
Ему Джезерит посоветовала в гущу битвы не соваться и при необходимости прикрывать лучниц. Тимеус согласно закивал и обворожительно улыбнулся. Несмотря на серьезность ситуации, фаришта не смогла удержаться и слегка зарделась, скупо улыбнувшись в ответ. Да… Все-таки, очаровывать женщин он умеет.
До источника крика они добрались быстро - от силы, за минут пять. Правда, при этом он чуть не до крови исполосовал круп коня.
Оказалось, лес в землях фаришт распологался не совсем в равнине - широкое ущелье глубокой раной уходило далеко в землю и словно делило лесной массив пополам. И вот, с одной стороны этого ущелья, как раз с той, откуда они приехали, была довольно обширная чистая поляна, заваленная грудой камней. И именно среди этих камней Тимеус увидел Хоршед.