– Во-первых, влечение между нами. Сексуальный жар. – Ее щеки снова запылали, побуждая его продолжать. – Тот факт, что даже когда я считал тебя человеком, то все равно увидел в тебе что-то уникально-привлекательное, чего никогда не встречал в других девушках.
– Ты не в восторге от того, что я человек?
Терон не ответил. Не мог ответить.
Акация посмотрела на его грудь, потом подняла взгляд, и если Терону и показалось, что в глазах красавицы мелькнуло разочарование, то она мастерски это скрыла.
– И со сколькими женщинами тебе нужно переспать, чтобы найти эту суженую?
Терон услышал сарказм в ее голосе и понял, что подошел опасно близко к краю в их отношениях.
– Все не так.
– Разве? – невинно переспросила Кейси. – Значит, ты не хочешь заняться со мной сексом?
Он подошел ближе и понизил голос.
– Я очень хочу быть с тобой, ты же знаешь. Ты видишь это в моих глазах.
– Чтобы проверить, не я ли твоя суженая, – констатировала она.
– Да.
Глаза Кейси сверкнули.
– Нет, – поправился Терон. Милостивые боги, она пыталась поймать его на лжи. – Я хочу обладать тобой потому, что с той ночи у тебя дома не могу перестать думать о том, какая ты на ощупь и на вкус.
Она склонила голову набок.
– И пленница, которая сама страстно тебя желает, предпочтительнее той, что сопротивляется.
– Акация…
– Знаешь что, Терон? Даже не думай выбраться из того месива, что сам же и устроил. – Она потрепала его по плечу. – Хорошая попытка. Уверена, что с другими женщинами эта уловка работает, вот только не со мной.
И пошла вверх по дорожке, демонстративно покачивая бедрами.
*****
Как только Кейси отошла, Терон тихонько выругался и выбранил себя за глупость. Ну зачем, во имя Зевса, он рассказал ей о суженых? Акация никогда не поймет, насколько это важно, не осознает того, что аргонавты старались подавлять свои человеческие качества – чего и добивалась Гера. И даже, если кто-то шел на риск и поддавался эмоциям, то уж богиня позаботилась, чтобы его вторая половинка оказывалась прямой противоположностью той, кого бы он желал, а это само по себе гарантировало катастрофу. А если аргонавт находил свою суженую и терял? Тогда проще сразу перерезать себе глотку и истечь кровью на полу, потому что ощущения были одинаковыми.
После такого внутри оставалась лишь пустота. Терон знал это не понаслышке, потому что последние десять лет наблюдал за своим родственником Зандером. И вовсе не горел желанием испытать нечто подобное.
Разумеется, Акация никогда этого не поймет. Черт, да она пока еще даже полностью не приняла то, кем и чем она является. А тут еще он поведал спутнице, что только трахнув ее, сможет узнать, суженая она ему или нет. Ага. С учетом всего, ему еще повезло, что Кейси не набросилась на него и не саданула по яйцам за такое предложение.
Терон так погрузился в свои мысли, что не заметил, как Акация ускорила шаг, пока она не завернула за угол и не исчезла из вида. И как только аргонавт побежал, пытаясь ее догнать, то тут же почувствовал покалывание в спине. Нырнув вслед за Акацией куда-то вбок, Терон обнаружил, что оказался на поляне, где некогда располагалось небольшое поселение.
Теперь же от деревни осталось лишь несколько сгоревших домов, полуразрушенные стены с разбитыми окнами и фундаменты, на которые еще опирались почерневшие балки.
Акация стояла у края деревеньки, рассматривая окрестности.
– Тут все и случилось, – сказала Кейси, исхудавшей рукой указывая на руины в трех зданиях от них. – Она здесь жила.
Поселение примостилось в долине. С трех сторон его окружали горы, а по окраине тек извилистый ручей, журчащий и бурлящий в теплом воздухе.
– Они напали с гор. Жители даже не успели защититься.
Терон повернулся к ней и застыл, увидев глубокую боль, отразившуюся на лице Кейси. Он снова восхитился силой и решимостью Акации. Ее преданностью людям, с которыми она только что познакомилась, и легкостью, с которой она предложила свою помощь. Если окажется, что Кейси не его суженая, ему будет сложно найти другую, которая бы так заинтриговала его, как эта гинайка.
Он посмотрел на сгоревшие дома и представил, что пережили семьи полукровок, когда подверглись жестокому нападению. Демоны не ведали милосердия. А царь знал о постоянной борьбе полукровок за выживание целую вечность.
Грудь Терона сдавило. В колонии он смог убедить себя, что проблемы мизосовего не касаются. Но придя сюда и увидев все эти разрушения, воин думал лишь об одном: «Мы могли бы что-то сделать».