Качаю головой, понимая, что рассуждаю как мальчишка, который боится подойти к понравившейся ему девочке.
И все же Анна не так проста. Ее невосприимчивость к моей силы напрягает, а тяга к самке настораживает. Егор в чем-то прав, это слишком подозрительно.
К черту! Не хочу сейчас об этом думать. Хочу расслабиться и отдохнуть.
Наливаю себе коньяка, беру сигару и…
Как мог не почувствовать ее сразу?
Опираюсь руками о спинку дивана и наблюдаю за сном волчицы. Где-то в глубине души я надеялся, что, проведя вдали от самки несколько часов, моя потребность в ней пройдет, но оказался неправ. Анна все так же, если не больше, будоражит меня. Особенно такая, беззащитная.
Второй раз возвращаюсь к дивану с бокалом коньяка. Осторожно усаживаюсь в ногах волчицы и делаю глоток обжигающей жидкости. Прикрываю глаза, смакуя вкус. Было бы так хорошо хотя бы время от времени — я, любимая самка под боком и спокойствие в душе.
Любимая самка…
Поворачиваю голову в сторону спящей волчицы. Дрыхнет без задних лап.
Анна издает стон и поворачивается на спину. Плед сползает чуточку вниз, открывая вид на округлую грудь, обтянутую футболкой. Луна!
Сглатываю, когда понимаю, что не могу оторвать взгляд от точеной шейки, мягких губ. И даже тонкие пальчики рук волчицы кажутся мне совершенными… Особенно когда я представляю, как они скользят по моим плечам.
Не иначе как алкоголь сыграл со мной злую шутку. Уставший я опьянел от него за пару глотков. Ведь так? Не могу же я настолько терять голову от вида самки, едва вышедшей из подросткового возраста.
Точно!
Как я мог не учесть этот факт. Насколько я старше волчицы? Десять — пятнадцать лет? Для нее я уже старик.
Хмыкаю и делаю еще один глоток.
Диск луны висит ровно над горами. Лунный свет заливает теперь не только снежную поляну, но и всю гостиную.
Волчица резко подтягивает ноги к себе. Проснулась, а жаль…
— Сколько сейчас времени? — хриплым голосом спрашивает она, кутаясь в плед.
— Два часа.
— Время пить? — как мне кажется, с осуждением интересуется Анна.
— Время отдыхать, — хмыкаю.
— Я пойду к себе, — говорит мне, но с места не двигается.
— Останься, — прошу ее. Волчица кладет голову на боковину дивана и смотрит на меня. Чувствую ее взгляд…
— Давно ты тут сидишь?
Когда мы перешли с ней на "ты"? Не помню, чтобы мы вообще разговаривали иначе.
— Нет, — поднимаю бокал, — даже не успел выпить.
— М-м-м, — протягивает волчица и неожиданно пододвигается ко мне. Ее лицо близко-близко. Если поверну голову, то останется чуть склониться, и могу коснуться ее губ. — Дай, — тоненькая ручка тянется к моей выпивке. Позволяю ей забрать коньяк, про себя думая, что все женщины одинаковы. Не дают спокойно расслабиться. Я же не напиваться собирался!
Но Анна удивляет меня. Забрав бокал из моих рук, делает глоток с той же стороны, с которой пил я. Слишком интимно, слишком нереально, чтобы было правдой. Может, я заснул по дороге в логово, и это все мне снится?
Меж тем волчица ставит стакан на журнальный столик и снова поворачивается ко мне.
— Ты вкусно пахнешь, — шепот касается моего слуха.
— Анна, тебе лучше…
— Лучше молчи, — не просьба — приказ.
Я привык, что именно мужчина должен проявлять инициативу и напор, но с этой самкой, как я успел понять, все не так как с другими. Волчица проводит ладонью по моей щеке, вынуждая все же повернуть к ней голову. Взгляд глаза в глаза. Всего одно мгновение, а после мягкие губы касаются моих. Неожиданно, робко… маняще. И вот я уже зарываюсь пальцами в длинные мягкие волосы, прижимаю самку к себе, и боюсь выпустить из рук. Перетягиваю ее к себе на колени, шаря свободной рукой по стройному телу. Я изголодался по женщине, горячей и желающей меня женщине.
— Стой, — командую волчице, когда та принимается расстегивать пуговички на моей рубашке. Вовремя вспомнил, что этот этаж весь просматривается охраной. Не дело предаваться плотским утехам под камерами. А может, ей того и надо?
— Ты же хочешь меня…
— Не здесь, Анна.
Волчица морщит носик от моих слов. Неприятно, когда тебя отвергают… Я знаю.
— Пойдем, — подхватывая на руки самку, направляюсь к лифту.
— Ты такой сильный, — шепчет она, прижимаясь щекой к моей груди. — Не знаю, почему меня так к тебе тянет…
К тому моменту как мы оказываемся на этаже со спальнями, Анна засыпает. Не удивлюсь, если завтра она воспримет все это как сон. Оно и к лучшему.
Нужно что-то делать с этой неуправляемой тягой к волчице.