Выбрать главу

Я встал на четвереньки и обернулся в сторону, где только что лежали пленники. Деревья горели. Вместо освобожденных на земле виднелись небольшие обугленные кратеры, на ветках вокруг висели обрывки кожи и кишок.

Лесной отвлек меня от разглядывания страшной картины. Под действием его излучения я поднял голову выше и встретился со светилом.

Штаб боевых частей СБ около города Гертен.

— Господин Старший! — сказал вбежавший в помещение лейтенант.

Эйргон, Клорриан и связист повернулись к нему.

— Говори.

— Мы засекли приближение целой воздушной эскадры с севера! Она летит к нам.

Как только он договорил, завыла сирена воздушной тревоги.

— Почему так поздно? Сколько им до Марка?

— Примерно десять минут.

— БОЕВАЯ ТРЕВОГА! ПЕРВЫЙ УРОВЕНЬ, ТВОЮ МАТЬ! Все ближайшие истребители к нам! Весь личный состав у Гертена, кроме частей ПВО — в укрытие!

Взвыли сирены боевой тревоги.

— Какой у них точный курс?

— С северо-северо-востока на юго-юго-запад. Пролетят прямо над местом, где пеленгуется БПА Лиссебара.

Эйргон сориентировался по карте и скомандовал связисту:

— Отправляй Марка на запад.

— Вас понял.

Он пытался связаться с Марком, но тот молчал. Маркер аппарата для сбора раненных не двигался на мониторе.

В помещение забежал полковник.

— Старший, в лесу был взрыв.

Услышав это, Эйргон вздрогнул.

— Сколько сможем сбить на подлете к границе?

— Меньше половины.

Офицеры прибывали один за другим.

— Началось… — прошептал Клорриан.

Эйргон кивнул.

— Выродки пытаются уничтожить Лесного и Лиссебара… Принимаем их. Принимаем всеми возможными средствами. Ни одна бомба не должна упасть около Марка! Как меня поняли?!

Демон полностью погасил все связи с Настоящей реальностью и с отрешенным видом встал.

— Это тупик. Всё…

Волна сомнения.

— Я не смогу спасти Марка. Мэрон… тоже. Что теперь делать?

Отрицательная волна.

— Я понимаю, что нельзя всё просто оставить. Нужно попытаться. И… Что же страшнее: сгореть от твоих лучей, пытаясь исправить ситуацию, или остаться здесь навсегда, потеряв возможность полноценной связи с тем миром, — он потер руками лицо и вновь надел устройство связи, — Ладно. Посмотрим, что из этого выйдет.

Глава 8.1

Грохот воздушного боя становился все громче. Вряд ли у Демона была даже минута, чтобы укрыть тело от грядущей массированной бомбардировки. Он растерянно осмотрелся в поисках защиты, хотя знал, что кроме деревьев поблизости нет ничего.

Змей же, не отрываясь, смотрел на небо, словно понимал, что вскоре произойдет.

«К черту демонов, он ведь может спасти нас!» — сообразил Демон и добавил в голос:

— Мэрон! Пусть он смотрит на большие самолеты, которые будут лететь прямо над нами!

— Не могу ничего поделать. НЕ ВЫХОДИТ!

Лес огласил пробирающий до костей свист падающих снарядов. То, что Марк слышал в кинотеатрах на военных фильмах было лишь жалкой пародией страшного вездесущего звука, предвосхищающего разрушения и смерть. Свист быстро понижался и становился громче. Еще несколько секунд…

— МЭРОН!

Лесной резко повернулся к Демону и выгнул шею для выпада.

— Берегись, Марк!

Бросок. В движении Змей приоткрыл пасть, обнажив кинжаловидные зубы. Демон инстинктивно зажмурился и вообще хотел отключиться, но интуиция подсказала, что торопиться не нужно. Не сейчас.

Змей зачерпнул пастью грунт вместе с телом Марка и погрузился под землю. Демон не мог поверить, что это произошло на самом деле. Лесной спасал его! Не Мэрон, а существо, которое раньше могло лишь пожирать людей и прятаться. Вот только куда оно направляется? Вестибулярный аппарат подсказывал Демону, что они разворачиваются почти в противоположную сторону от первоначального курса и движутся с ускорением.

— Марк? Демон, как ты?

— Кажется, жив. Всё на месте.

На удивление в пасти у Лесного оказалось совсем сухо. Не было и никакого странного запаха, Демон чуял лишь дух перепревших листьев лесной подстилки, вместе с которой его подобрал Змей.

— Мне показалось, или он развернулся с юга на север? Куда это мы, Мэрон?

— Пока не знаю. Куда-то в сторону Вермардии… — он осекся, — Сколько снаружи людей… Их очень много. Целая армия. Лесной погружается глубже, ему не нравится.