Положительная волна.
— Точка опустится вниз?
— Конечно!
Он сместил точку.
— Вверх?
— Пожалуйста! Я понимаю тебя, кто, или что бы ты ни было!
Таинственный собеседник на минуту «умолк».
— Понимаешь меня? Вверх — да.
Вверх.
В голове у Демона будто забегали мыши. Другой аналогии подобрать не получилось. Какой-то невыносимо-веселый и истеричный поток мыслей сопровождал эти странные ощущения.
— Спокойно. Ну же, соберись и говори нормально, у тебя только что получалось!
Марк на всякий случай огляделся в своей реальности. Никого. Собеседник, наконец, собрал свои мысли в понятный вид.
— Ты точка?
— Нет!
— Ты живой?
Немного помедлив, Демон ответил «ДА».
Вновь мышиное сумасшествие, но короче, чем прежнее.
— Ты можешь общаться?
Демон вновь замер. Нужно отвечать «ДА», но… ему сейчас же придется делать новое устройство. Устройство, которое будет транслировать образы, как делает это таинственный собеседник. Идея хороша, но кто знает, сколько времени уйдет на разработку и настройку. Вдруг Трусишка исчезнет? Это было еще страшнее, чем встреча со стражем.
Он вновь отказался от звука и по-быстрому сотворил нечто, что могло ему помочь решить проблему.
Точка сдвинулась вверх.
— Сообщишь мне что-нибудь?
— Так, сейчас попробуем, — он подключил еще электроды к голове и сосредоточился, глядя на Трусишку, — Нужно представить что-нибудь простое. Что-то, что найдет отклик у собеседника, кем бы он ни был.
Он представил дерево. Деревья как раз были вокруг.
— Дерево? Ты говоришь: дерево?
— ЕСТЬ! Получается!
Он сказал «ДА» уже не через точку.
Мышиная радость, самая интенсивная из всех. Демон не выдержал и рассмеялся.
— Нужно угомонить трусишку.
«Почему ты прячешься?» — передал он.
— Я боюсь.
Вдруг этот объект не понимает человеческих взаимоотношений? Тогда понятия «мир», «дружба» будут бессмысленными, ведь для Марка они имеют в себе конкретную основу, представить которую одним образом не так-то просто.
«Я не съем тебя.» — ничего лучше Демон не придумал.
— Ты хочешь видеть меня?
«Да. Я буду рад видеть.»
Трусишка зашевелилась и встала во весь рост. Демон чуть не отключил связь, увидев, что это была Велла. Велла, одетая в школьную выпускную форму.
— К черту демонов! Что за… БРЕД. Этого просто не может быть! — он вновь вытер пот со лба, — Это не может быть Велла Гаспинс. Невозможно…
Волна сомнения.
— И здесь нечего сомневаться!.. — он замер, — Постой. Биэль сказал, что она потеряла сознание… Нужно сейчас же сказать Марку.
Демон собирался отключиться, но новое сообщение остановило его.
— Так не страшно? Почему ты молчишь?
Он ответил:
«Я не верю тебе. Кто ты?»
— Я испугала тебя?
«Да. Ты так выглядишь? Это твой настоящий облик?»
Велла смущенно осмотрела свои руки и безошибочно уставилась на точку наблюдения. От того, насколько она выглядела самой собой, Демону было жутко не по себе.
— Не бойся. Я показала тебе то, что должно быть приятно.
— Что? Значит это все-таки не Велла? Что здесь вообще происходит?
«Мне не приятно. Того, кого ты показала, здесь быть не должно.»
— Надеюсь, оно поймет меня, — Демон до хруста сжал кулаки.
Какое-то время Трусишка размышляла над ответом.
— Ты хочешь, чтобы я показала себя по-настоящему?
«Да.»
— Мне страшно, что ты испугаешься и исчезнешь. Ты уже исчезал.
Демон сместил точку к ближайшему человеку.
«Я похож на него. Ты похожа?»
Велла растерянно осмотрелась. Судя по выражению лица, она была близка к тому, чтобы разрыдаться. Он попытался утешить Трусишку.
«Спокойно. Я не исчезну. Ты знаешь, на кого похож я. Теперь я хочу знать, кто ты.»
— Ты даешь слово, что не исчезнешь?
«Да. Даю слово.»
Велла начала таять. Возникающий облик совершенно не был похож на человеческий. Хвост, как у ящерицы. Продолговатое туловище изгибалось вверх. Две мощные толчковые задние лапы-ноги, приплюснутый живот, затем передние лапы-ноги потоньше. На обоих парах лап-ног хищные когти. Еще пара лап крепилась уже выше: в «плечах» туловища. Пальцы «рук» были длинными и ловкими на вид, почти без когтей. На шее, слегка длиннее человеческой, сидела голова, отчасти схожая на птичью. Вместо клюва полноценный зубастый рот. Ростом она оказалась примерно по грудь взрослому человеку.