— Ты нашел не слишком подходящее время, чтобы вникнуть в современные технологии. Лесной следует за мной, или нет?
— Мы рядом.
В сотне метров перед БПА из-под земли медленно показалась голова Змея. Минуту Марк с задумчивым видом наблюдал за ним. Его руки начали дрожать. Такое впечатление, будто Лесному удается влиять на подчиненное Потусторонним тело даже сквозь внушительную броню аппарата. Интересно, почувствовал бы что-нибудь в данной ситуации Настоящий?
— Я еду. Если Лесной не последует за мной, предупреди.
— Как скажешь.
Машина вновь тронулась. Постепенно Аномалия осталась позади, наблюдая за удаляющейся машиной, как и в прошлый раз.
— Вы «ползете»? — спросил Потусторонний, углубившись на пару сотен метров в лес от сгоревшего поселка.
— Да. Сейчас он преследует тебя по поверхности.
— Я ускорю темп, — он включил вторую передачу, затем третью, — Вы не отстаете?
— Нет. Кажется, ему даже нравится.
Спидометр медленно подходил к шестидесяти километрам в час. Машина резко подпрыгивала на неровностях грунта, но Марк лишь сильнее затянул ремни и пристальнее всматривался в дорогу, освещенную прожекторами. Шестьдесят пять километров в час.
— Мэрон, почему ты молчишь?
— Ты ведь просил предупредить, если он перестанет следовать. Лесной следует. Ему любопытно.
Через несколько минут тишину в салоне нарушил громкий голос мистера Эйргона.
— Марк, ответь! Прием.
Услышав его слова, Потусторонний сбросил скорость. В штабе наверняка думают, что он все еще в отключке. Марк забылся.
— Да, я на связи, сто сорок третий. Прием.
— Твой транспорт движется на скорости, близкой к максимальной и скоро покинет окрестности Форбена, а ты молчишь. Что происходит? Прием.
— Извиняюсь. Я только очнулся и постоянно общаюсь с Мэроном. Лесной следует за мной! У меня получается!
— Отлично… Впредь не забывай докладывать столь важные новости. Через две тысячи четыреста метров на северо-северо-запад от вас мы подготовили «подкормку». Как принял. Прием.
— Встретим животных меньше, чем через два с половиной километра на северо-северо-запад.
— Верно. До связи. Прием.
— До связи, — Потусторонний сбавил ход, — Мэрон, скажи, Лесной когда-нибудь охотился… не на людей?
— Нет. Он убивал дичь и домашних животных лишь случайно.
— Почему? Звери не утоляют его голод? Или они невкусные?
— Трудно сказать. Когда он убивал их — это не слишком отстраняло его желание поглощать людей.
— Мы можем попробовать сделать это сейчас?
— Вряд ли. Лесной не обращает внимания на тех животных, что вдалеке перед нами.
— Тогда он «съест» их случайно.
Сказав это, Марк ощутил, как холодок пробежал по спине. Ему придется сблизиться с обезумевшими от страха животными, и стать так, чтобы они попали под воздействие смертоносной зоны Аномалии, раз она не планирует убивать их добровольно.
— К черту демонов, что же я делаю…
Потусторонний вновь переключился на третью скорость и дал полный газ.
— Тысяча шестьсот метров. Прием.
— Лесной чует их, но вступать в контакт не хочет. Попробую вынудить его контактировать.
— Принял. Прием.
Марк посмотрел на время. Двадцать два двадцать пять. Настоящий в отключке немного больше получаса, а значит ждать его возврата осталось немного. Потусторонний хотел как можно быстрее передать управление ему и настроить свою систему сопротивления воле излучения Аномалии, чтобы в дальнейшем избежать участия в подобных экспериментах. Этим должен заниматься Настоящий.
— Какие подлые мысли, — сказал Потусторонний вслух, — Почему мне в голову лезет такое? Я ведь ничем не лучше Настоящего Марка. И почему я вообще думаю о нем, как о ком-то другом? Ведь он — это я, и наоборот.
— Что с тобой? — обеспокоенно спросил принц.
— Странно все это. Мне досадно от того, что убить животных придется за Настоящего Марка.
— И что же здесь странного?
— То, что я воспринимаю это не как долг, а как несправедливость.
— Несправедливо, что ты должен помогать Настоящему Марку? Ты не хочешь помочь ему?
Потусторонний сжал манипуляторы так, что пальцы побелели.
— Я ХОЧУ! Я должен помочь ему, чего бы это не стоило.
— Но долг и желание редко сочетаются друг с другом. Ты противоречишь себе.
— Я не должен чувствовать досаду за то, что помогаю себе. Не должен. Но… я чувствую. Я помогаю ему, но никто не знает, сможет ли он помочь когда-нибудь мне. Я застрял в неизвестном ином измерении, и не хочу остаться в нем навсегда.