К слову, о родителях. Дэрилл Лиссебар однозначно не был простым смертным. И дело даже не в том, что он занимал должность старшего инженера по проектированию процессорных систем в Государственном Институте Высоких Технологий. У него были очень серьезные связи. Взять только Старшего Советника Эйргона. Это значит, что отец относится к «элите»? Пусть он никогда ничего плохого не говорил о других людях и никак не показывал свои привилегии при Марке, но он обладал этими привилегиями. Странно, что Дэрилл не стал переезжать в столицу и отдал Марка на учебу в обычную школу самого обычного провинциального городка.
— Мда уж… Не помню, чтобы раньше так рассуждал об отце. Он всегда казался мне святым человеком, на которого стоит равняться. Даже сейчас я уважаю его, но…
— Ты узнал о нем что-то нехорошее? Он — представитель власти?
— Не совсем так. Я понял, что не знаю, кто он на самом деле. Отец держал от меня в секрете такие важные вещи… Теперь у меня появились сомнения, что ему можно доверять дальше.
— Родители многое скрывают от своих детей — это естественно. Ты так и не ответил на мой вопрос.
— Отец знаком с одним из правителей нашего государства. То есть я знаю, что с одним. Не удивлюсь, если весь Старший Совет «знает» его.
— Этого достаточно. Мои догадки на твой счет оказались верны.
— Что еще за догадки? — Демонический Марк до упора нажал газ.
— Ты не из простолюдин, Демон. Для тебя привычно добиваться поставленных целей. Ты решаешь проблемы. Я уважаю это качество.
— У тебя слишком поверхностное мнение обо мне, принц.
— Скромность — это также хорошо. Сам подумай. Тебе, несмотря на столь молодой возраст, доверили усмирить конфликт государственного масштаба.
— Это везение. Не больше.
— Везение присутствует везде. Я вижу, как ты действуешь и слышу, как ты думаешь. Мое мнение уже не изменить. Тебе не нравится?
— Решаю проблемы… — злобно прошептал Марк.
— Да. И твой правитель тоже заметил это. Он мудрый человек. У нас всё получится.
— Конечно. Всё…
Глава 6.2
Форбен 23:20
Дэрилл Лиссебар уже третий раз посмотрел на время и нервно осмотрелся. Улица, где жил Берниссон пустовала, однако он был уверен, что за ним наблюдает СБ. Сделав глубокий вдох, он тряхнул рукой, словно она была мокрой, и нажал на звонок.
Гектор вышел из дома почти сразу и удивился, увидев у ворот отца Марка.
— Добрый…
− Вечер. Пусть будет вечер, — подсказал Дэрилл, улыбнулся и отвесил динзавийский поклон.
Гектор ответил взаимностью, не отрывая глаз от гостя.
— Вы хотите зайти? Или…
— Зайти. У меня вести от Марка.
Они вошли в дом. В прихожей их встретила Эйвил.
— Здравствуйте, мистер Лиссебар. Вам чаю?
— Да. Черного, пожалуй.
Хотя Дэрилл никогда раньше не заходил к Берниссону, сейчас его совершенно не интересовало внутреннее убранство дома. Он с отрешенным видом прошел до средины гостиной и рухнул в первое попавшееся взгляду кресло.
— То, что Вы пришли — означает, что Марк отрезан от нас? Отрезан насовсем.
— Да.
— Эйвил стоит слушать?
— Я ничего против не имею. Пусть присутствует.
Эйвил принесла чай.
— Даже не знаю, с чего начать… Ты получал послания от Марка?
Гектор кивнул.
— Кое-что дошло. Там говорилось, что… с ним все в порядке. Что он сейчас решает проблему Аномалии.
— Ясно. Значит, начну с Веллы.
Лицо Гектора сменилось с добродушно-любопытного на тревожное.
— Она и Марк присмотрятся.
— Что?! Прямо сейчас? Это разве возможно?
— Все возможно. Как я понял, у нее возникли проблемы с назначенным ранее присмотром.
— Она пошла к Марку со своей проблемой, и он просто согласился?
— Можно сказать, что так и есть, — Дэрилл посмотрел в глаза Гектору. Тот сглотнул, сообразив, что на самом деле все было не «просто». Взгляд Лиссебара нельзя трактовать иначе, — Ты знаешь, с каким трепетом Марк относился к ней. После случая в поселке он был очень расстроен, и, возможно это повлияло на его решение.
— Что там все-таки случилось? — уточнила девушка.
— Боялся, что привлекут? Или не хотел впутывать её? — Дэрилл усмехнулся. Эйвил непонимающе уставилась на жениха.
— Да, — ответил Гектор на оба вопроса, — Это ведь не шутки. Я и так израсходовал весь запас терпимости Службы, когда пытался расследовать гибель Невина.
— Соболезную… Ты сам скажешь?