На лестничной площадке между этажами Риордан вновь назвал пароль двум стражникам и был допущен в покои фрейлин. Они начинались с просторной гостевой залы, украшенной дорогими портьерами. На стенах от угла до угла висели ковры с ручной вышивкой. Кроме декоративных целей, они еще прекрасно гасили все звуки, что рождались в глубине девятого подъезда. Посередине залы был установлен большой овальный стол, на котором в медных канделябрах плавились ароматические свечи. Они отбрасывали на стены дрожащие тени, освещая только центральную часть помещения. Вся остальная часть залы была погружена в полумрак.
За столом с бокалами вина уже расположилось трое гостей в масках. В одном из них Риордан узнал своего давнего недоброжелателя, графа Валлея. Несколько месяцев назад у Риордана случилась словесная перепалка с вельможей из его свиты, которая едва не закончилась дуэлью. Ссору замяли, но неприятный осадок у графа наверняка остался, и немалый. Поскольку ему пришлось в этом деле сыграть роль миротворца и буквально спасать своего приятеля от удара шпагой. Риордан узнал графа по его роскошной шевелюре, из-под которой на мир взирали проницательные черные глаза с наброшенной на них вуалью вальяжности.
– А вот и еще один воздыхатель пожаловал, – лениво произнес граф Валлей. – Господа, кто знает, ждем ли мы еще кого-либо?
Риордана задел пренебрежительный тон графа, но он решил пока не спешить с ответной репликой и молча принял из рук служанки бокал белого вина. Несмотря на полумаску, которая полностью скрывала татуировку на щеке, он понимал, что его персона не осталась инкогнито. Каждый в Глейпине знал, с кем встречается самая очаровательная фрейлина принцессы Веры. И его присутствие на такого рода приеме было естественным. Риордан осознавал, что большинство из приглашенных сегодня лиц испытывают к нему либо неприязнь, либо ненависть, либо зависть. Это мало его волновало. Собаки часто лают, но маловероятно, чтобы кто-то из этих шавок рискнул его укусить.
Едва он уселся на один из свободных стульев, как портьера, что заменяла дверь, отодвинулась в сторону, и к гостям присоединилась парочка, которую Риордан наблюдал у входа. Теперь уже оба были в масках.
Барон Бартель грузно плюхнулся на сиденье стула как раз напротив Риордана, а его подтянутый спутник расположился по соседству. Они сдержанно поприветствовали остальных гостей, а после стали обмениваться с ними пошлыми светскими шуточками. В основном они исходили от барона, второй гость предпочитал помалкивать. Он украдкой рассматривал гостей, и Риордан несколько раз ловил на себе его оценивающий взгляд. У незнакомца были ярко-голубые глаза, которые уже наверняка ранили не одно чувствительное женское сердце.
Другая портьера из тяжелого бархата, что вела в глубь апартаментов, распахнулась и несколько девушек выпорхнули оттуда и стали расставлять по столу блюда и напитки. Гости со скучающим видом рассматривали служанок, а барон Бартель даже слегка прошелся насчет их стройных фигурок. Но не служанки и не изысканные яства на столе манили взгляды вельмож. Нет-нет, но каждый гость вглядывался в полумрак коридора, который находился за бархатной портьерой. Там скрывались те, ради кого они все сюда наведались. А еще там же находились альковы фрейлин, куда каждый из гостей стремился проникнуть.
Наконец, после того как стол был сервирован, в зале появился музыкальный квартет, и через несколько минут в помещении зазвучала тягучая мелодия танца. Гости тут же отложили приборы, потому что наступило время главного действа. Вот одна за одной в залу выплыли те самые властительницы умов и сердец, ради которых половина знати Овергора готова была распечатать наследные сундуки.
Все девушки, как и гости, были в полумасках, которые скрывали только изящные носики, но оставляли неприкрытыми подведенные глаза и алые губы. Все они были одеты в разноцветные платья из воздушного газа, через который проглядывали контуры их тел. В этих нарядах фрейлины выглядели так безумно соблазнительно, что у всех присутствующих перехватило дух. Риордан, конечно, сразу узнал свою Парси и теперь не мог отвести от нее глаз. На ней была маска с ровно таким же перекрестьем меча, как у Риордана, так что сразу было ясно, кому именно девушка адресует свой откровенный танец. Парси была в зеленом полупрозрачном платье, напоминавшем накидку. Оно окутывало девушку от тонкой шеи до серебряных туфелек, но не скрывало ее длинных ног и идеальной формы плеч.