Да, в отличие от многой другой местной нежити, упыри тела своих жертв пожирали. Это придавало им дополнительные силы и открывало новые возможности для эволюции, но выглядело очень и очень мерзко. Да и пах упырь соответственно.
Упырь не обращал на Люка ни малейшего внимания, либо не замечая, либо принимая за своего. Этот тип нежити был заметно сильнее скелетов, и эспер ощущал явную угрозу исходящую от упыря. Он был куда опаснее той группы скелетов. Даже всей вместе. Xотя, вроде бы слабее костяной гончей. Но даже так связываться с ним было бы слишком опасно. И, будь это практически любой другой тип нежити, Люк бы обошел его стороной, но… это был асуров упырь! Упырь, который являлся ближайшим родственником вурдалака. А к вурдалакам у эспера был особый счет.
Именно вурдалак когда-то во времена, теперь кажущиеся эсперу очень и очень далекими, порвал его родителей и едва не порвал его самого. Того вурдалака убила стража, но ненависть к подобного рода тварям крепко укоренилась в подсознании мальчика. Вот и сейчас, едва увидев упыря, Люк понял: он просто не сможет пройти мимо него. Да, это было смертельно опасно, и эспер бы не поимел от этого никаких выгод, но этот упырь должен был умереть! И на этом вопрос нападения или ненападения был решен.
Но то, что эспер решил атаковать, это еще не означало, что он тут же без раздумий кинулся в атаку, хотя время тут играло против него. Чем больше съедал упырь, тем сильнее он становился. А сейчас упырь именно что ел. Но даже так эспер сделал паузу, чтобы освежить в памяти все сведения об этом типе нежити.
Впрочем, освежать особо было нечего. Все необходимое Люк помнил крепко, а местные упыри отличались от своих не местных собратьев разве что большей силой и скоростью развития. В остальном же они были идентичны.
Как и всякая нежить, упыри были уязвимы к огню и молнии и устойчивы к холоду. Что выделяло их среди прочей нежити, так это способность получать энергию от еды. А следовательно у них было еще одно уязвимое место, удары в которое не были смертельны, зато здорово ослабляли этот тип монстров — их живот! И, учитывая это, даже такой сильный упырь, по прикидкам Люка соответствующий начальной ступени измененной крови, был гораздо менее опасен, чем любое другое существо подобного уровня.
Тем не менее, эспер совершенно не собирался его недооценивать. С таким сильным противником он еще не сражался, и на что способны подобные существа не знал. Однако когда настала пора атаковать, он не колебался ни секунды. Накинув на себя разгон, Люк, больше не раздумывая, кинулся в атаку.
Поступь Ветра! Мгновенно возникнув за спиной, увлеченного пожиранием трупа, противника, эспер со всей возможной скоростью ударил его в район шеи Клинком Небесного Наказания. Попади он и битва была бы окончена — в отличие от многих других видов нежити, без головы упырь бы не умер сразу, но потерял бы всякую ориентацию, и добить его труда бы не составило. Однако, даже не ожидая столь подлого удара от «собрата», упырь среагировать успел. Не полностью — увернуться он уже не смог, но зато смог поставить на пути искрящегося электрическими дугами клинка руку, прямо с зажатым в ней куском мяса.
Меч тряхнуло. Конечность оказалась удивительно прочной и клинок, способный перерубать каменные валуны, прочно застрял в ней, перерубив конечность чуть более чем наполовину. К счастью, прием на мгновение парализовал упыря и за это время Люк успел освободить меч, иначе, оставшись невооруженным против этой твари, он бы долго не протянул.
Парализация длилась недолго, эспер едва успел высвободить свое оружие, как ему тут же пришлось уклоняться от невероятно быстрого удара второй, целой конечностью. А затем закрыться щитом Тариана от смрадного выдоха, извергшегося из пасти твари. Далеко не обычного выдоха — попади такой в Люка, и его кожу тут же бы разъело, а самого его серьезно отравило. Но благодаря скорости эспера и его знанию способностей упырей все обошлось.
Меллт! От молнии упырь увернуться не успел и на долю мгновения застыл пораженный током. Совсем ненадолго, но даже этой малости Люку хватило, чтобы нанести удар мечом. Простой, лишь с небольшим количеством ци молнии, содержащимся в клинке, но зато в уязвимое для упыря место. В живот!
Здесь не было какой-либо особенной защиты, и силы удара хватило, чтобы преодолеть хлипкую преграду из не в меру плотной кожи. Мерзкое содержимое живота нежити тут же посыпалось на землю! Эспер едва сдержал рвотный порыв, на миг пожалев, что вообще применил подобный порыв, но лишь на миг. Выигранный бой был гораздо важнее, чем эстетическое удовольствие.