Глава 2
«Это конец! Это катастрофа!», - пронеслось в моей голове. Если я не попаду на эту встречу… Так, лучше пока о плохом не думать. Надо выяснить, что случилось. Может удастся попасть на другой рейс или…
В этот момент меня опять кто-то толкнул, да еще и проехался своим чемоданом по моему белому кроссовку.
- Черт! Поосторожней!
Прихрамывая, отошла чуть в сторону злосчастного табло. Стала рыться в сумке в поисках телефона. Просмотрев в интернете новости, поняла, что из-за непогоды почти все рейсы были отменены. Как на долго было неясно.
- Надо срочно подумать, что делать…
- Биииип, - услышала я протяжные «стоны» моего телефона.
- Ну вот. Еще и телефон садится. Что за подстава сегодня!
Перехватив поудобнее сумку с ноутбуком, решила присесть у ближайшего кафе и продумать план своих дальнейших действий. Петру Михайловичу звонить совсем не хотелось, зная о том, как он будет истошно орать и кричать на том конце телефона. Может позвонить в офис «Град Холдинг Групп» и предупредить о форс-мажоре, возможно удастся перенести встречу. Но время было позднее, в офисе точно уже никого не было, а личного номера руководителя ей никто не дал. Да уж, эти их правила конспирации.
Я огляделась по сторонам. Повсюду сновали люди, вокруг стоял шум и гам. Кто-то ругался с сотрудниками аэропорта, кто-то нервно звонил по телефону, а кто-то праздно сидел в кафе и расслаблялся чашечкой кофе или даже чем покрепче. Мир вряд ли рухнет, если я воспользуюсь примером последних и тоже чуть передохну за каким-нибудь приятным напитком. В этот раз мне повезло и я нашла отличное местечко прямо с видом на территорию аэропорта. Самолеты, как огромные птицы, стояли неподвижно, отражая на своих мокрых крыльях блики от огней. Они тоже ждали, готовые к взлету и не понимали, почему в них не загружают этих шумных и вечно спешащих людей. Сделав заказ у молоденького расторопного официанта, я уставилась в окно. Дождь неистово хлестал по стеклам, ветер не унимался, а очертания огромных стальных птиц расплывались, превращаясь в белые бесформенные фигуры.
- Здесь свободно?
Услышав низкий мужской голос я обернулась. Передо мной стоял знакомый мне уже нахал. Он все также смотрел на меня своими зелено-карими глазами, в которых отражались блики фонарей за окном.
Поколебавшись секунду я ответила:
- Да, свободно. Можете присоединиться, - подарив мне свою фирменную ухмылку, он с легкостью отодвинул высокий барный стул и, также как и я несколько минут назад, взглянул вдаль на стоящие за окном самолеты.
- Благодарю. Григорий, - опять вернув свой взгляд мне, представился мужчина.
На этот раз наши глаза оказались примерно на одном уровне. Он смотрел прямо на меня, не отводя взгляда и ждал моего ответа.
- Марианна, - встретив его прямой взгляд, проговорила я. Видимо, он ожидал, что я тут же продолжу и скажу, как я рада нашему знакомству и прочие условности, но я молчала. Я как завороженная не могла отвести от него свой взгляд. Как я уже говорила, я не была лишена мужского внимания, всегда нормально на него реагировала, могла легко поддержать разговор, даже заговорить первой, если мужчина был мне симпатичен. Но, почему-то, не в этот раз. Я продолжала таращиться на него во все глаза, как какая-нибудь, сталкерша, в то время как он все-таки отвернулся и стал искать глазами официанта.
- Будете что-нибудь? - долетел до моего сознания его низковатый голос.
В эту секунду я отлипла и произнесла:
- Спасибо, я уже заказа.
- Отлично! Тогда я сделаю свой заказ и мы продолжим наше знакомство, - опять в его голосе отчетливо проскользнула насмешка и что-то еще. Намек?
Наконец, отловив официанта, этот нахал заказал американо без сахара (ну, конечно, что же еще он мог заказать), и повернулся ко мне всем своим телом. Его поза выражала стопроцентную уверенность в себе и своей неотразимости. Я же говорю: «Нахал!» Я решила от него не отставать и нагло стала его рассматривать: длинные пальцы лежали на его крупных подкаченных бедрах, обтянутых черной джинсовой тканью, на ногах модные и дорогие кроссовки в цвет джинс, тело не мощное, как у культуриста, но также имеющее рельеф, мышцы рук бугрились под тканью графитового джемпера, и, судя по всему, под ним были все шесть кубиков пресса и ни грамма лишнего жира. Волосы темно-русые были уложены в модную прическу с удлиненной челкой, прямой нос с небольшой горбинкой, видимо, по молодости любил подраться, слегка округлые щеки с легкой дневной щетиной, крупный подбородок, немного полноватая нижняя губа и его уже стандартная ухмылка, и глаза, зелено-карие, гипнотические, смотрящие куда-то вглубь меня. Я откашлялась.