- Руки на живот, – скомандовал он, и Сукла покорно выполнила приказ. – Закрывай глаза и ни о чём не думай, – он наклонился и поцеловал подругу в морщинистый лоб.
Плеширей еще раз посмотрел на часы и подошёл к открытому окну. Недолго думая, он начал читать молитву:
- Инсатикум инфернум! Санктум регнум! Искритикус инкубус! Титаник де чумо!
Вдруг в окно ворвался холодный ветер, а с ним чёрная пыль. Облако сделало несколько оборотов по кабинету и зависло над телом старухи. Сукла изогнулась, а из груди выскочил маленький светящийся шарик. Чёрное облако поглотило его и унеслось в открытое окно. Плеширей подошёл к телу и поискал пульс.
- Вот, и всё. Возвращайся скорее, – он еще раз наклонился и поцеловал мертвую Суклу в синие губы.
11
Вика дремала в кресле пилота. Марк поцеловал ее в щёку, накрыл пледом и посмотрел на экран:
- Всё чисто, – он включил автопилот и пошел в столовую.
Как только землянин появился на пороге пункта приёма пищи, включился дневной свет, и кранолетчика обдало стерильной неживой прохладой. Марк включил продуктор и задал программу: «сто грамм пюре, две котлеты, двести грамм томатного сока, пятьдесят грамм сметаны, два кусочка ржаного хлеба».
Аппарат задрожал и через минуту открылся. Марк достал обед, поставил на поднос и направился к ближнему столику. Он опустился на мягкий табурет и принялся за еду. Вдруг душераздирающий крик стюардессы заставил его поперхнуться. Марк выплюнул кусок котлеты, быстро вскочил и побежал по коридору.
Вика лежала на полу и дергалась:
- Марк, родненький! Помоги!
- Что происходит? – он быстро опустился на колени и схватил спутницу за плечи.
- Не знаю. Посмотри на мой зад, – слезы застилали ей глаза.
Он быстро перевернул девушку на бок и снял трусы. Левая ягодица увеличилась и была синей, как свежая гематома. Марк испуганно позвал бортовика:
- Что происходит, Боря?
- Полная активация назюбатора! – послышался из динамиков знакомый металлический голос.
- А почему в ягодице?
- Он переместился.
- Ой, мама! Я умираю! – Вика потянулась к Марку. – Спаси меня, любимый!
Девушка вдруг обмякла и бездыханная замерла на полу. Марк быстро стал искать пульс, но не нашел:
- Вика, Викуся, детка, рыбка моя! Очнись, не оставляй меня. Вернись.
- Констатация смерти, – прозвучал безразличный голос искусственного интеллекта, и отважный кранолетчик заплакал.
Вдруг тело Виктории вздрогнуло, затем еще и еще. По лицу пробежала нездоровая судорога. А потом задрожали все части тела и даже ресницы.
Марк с гримасой недоумения застыл, как камень, и наблюдал за происходящим. На долю секунды ему показалось, что лицо у девушки меняется. Так и есть. Оно покрылось глубокими морщинами и стало пепельно-серым. Марк похолодел от ужаса! Это была сморщенная физиономия старой разносчицы. Затем резко всё пропало, и Вика открыла глаза:
- Что со мной? Марк, где ты? Дорогой, обними меня. Мне страшно.
Марк быстро наклонился и обнял девушку:
- Пойдём, я провожу тебя в спальный блок. Тебе надо срочно отдохнуть.
Виктория повисла на шее любовника, а он в свою очередь взял подругу за талию. Парочка не спеша направилась по коридору.
- Ложись, – Марк открыл саркофаг.
- Не закрывай капсулу, может, в туалет захочется, и не выключай свет.
- Хорошо, – они поцеловались, и Марк направился в кабину управления.
С плохими мыслями и скверным предчувствием он опустился в кресло. Но нервное потрясение сделало свое дело, и он клюнул носом.
Вдруг Марк проснулся от грубого детского крика. Так и есть. Это в спальном блоке. Он бросился туда. От ужаса Марк застыл на пороге. В открытой капсуле лежал маленький морщинистый ребёнок с пепельно зелёным цветом кожи и огромным ртом, в котором дрожал от крика чёрный язычок. Младенец хаотично вздрагивал маленькими конечностями и пытался встать. Рядом с ним мать в гимнастической позе зализывала себе раны. Она оторвала голову от разрывов и ехидно улыбнулась окровавленным ртом:
- Привет, муженёк! У нас пополнение. Как видишь, я сама справилась, акушер хренов.
Это был хриплый голос старой разносчицы. Марк пошатнулся и упал в обморок.
12
Он очнулся в кресле пилота, прикованный наручниками к подлокотникам. Перед ним стояла с младенцем на руках его спутница и зловеще улыбалась. Она кормила грудью страшного лицом малыша в детском комбинезоне. Младенец тянул через сосок левой груди питательную смесь и косился на незнакомца. Марк шевельнул губой: