Боря легко и не спеша поднялся на третий этаж, ступая мягко, и почти неслышно потому, что на дело он надел свои любимые туфли на мягкой подошве. У двери нужной квартиры остановился и нажал кнопку электрического звонка. Прислушался. Тишина. Тогда он достал из кармана пиджака связку отмычек и приступил к работе.
Боря присел на корточки, вставил в замочное отверстие тонкую пластину, чуть пошевелил язычок замка, потом пустил в ход крючок. Через сорок секунд механизм тихо щелкнул.
— Халтура, а не замок. — Тихо пробормотал он себе под нос.
Вошел внутрь, аккуратно прикрыл дверь и сразу замер, прислушиваясь. Квартира была явно мужская. По-военному чистая, но без женской руки и домашнего уюта. Все на своих местах, ничего лишнего. В коридоре на вешалке легкая куртка, на тумбочке запасные ключи, в большой комнате книжный шкаф, диван, письменный стол, у шкафа старая радиола с пластинками. В спальне аккуратно застеленная большая кровать, рядом торшер, напротив типовой полированный платяной шкаф. На кухне чисто. Вымытая кружка на кухонном столе и рядом большая жестяная банка растворимого кофе.
— Порядочный живет, — тихо пробормотал Боря. — Не алкаш. Такие самые неудобные. Все замечают.
Он открыл дипломат. Внутри лежал аккуратный набор: отвертки, изолента, кусачки, три небольших коробочки с выводами проводов. Техника импортная и вполне рабочая.
Сначала он прошел в комнату. Осмотрел. Увидел большую радиолу на тумбе с виниловыми пластинками внутри. Отодвинул радиолу от стены. Аккуратно снял заднюю крышку, быстро посадил внутрь первый микрофон, и запитал его. Закрыл крышку и поставил радиолу на место. Отошел в сторону и посмотрел. Со стороны все, как и было — ничего не видно.
Потом прошел на кухню и остановился у радиоточки на стене. Старая пластмассовая коробка радио с регулятором громкости. Улыбнулся.
— Спасибо родной партии за удобства.
За пять минут встроил туда второй микрофон. Там и питание и не полезет туда никто. Без надобности
В спальне он поставил третий микрофон, встроив его в торшер у большой двуспальной кровати.
Закончив, Боря прошелся по квартире еще раз. Ничего ли не сдвинул? Не оставил ли след? Поправил занавеску на миллиметр. Вытер и вернул чашку, из которой пил воду точно на тоже место. Провел ладонью по покрывалу на кровати, стирая случайную складку.
Он работал чисто не потому, что любил аккуратность. Просто дожил до своих лет именно благодаря ей. Уже у двери на выходе из зала задержался. Взгляд упал на фотографию в рамке на полке. ВДНХ, Иван в спортивной форме, рядом какая-то высокая красивая девушка с длинными черными волосами. Счастливые, молодые.
Боря посмотрел секунду и усмехнулся.
— Живете… пока дают.
Он вышел, закрыл дверь снаружи и присев на корточки быстро закрыл отмычкой замок, чтобы все было точно так же, как и до визита.
На лестнице неспешно спустился вниз, встретил на втором этаже бабку с ведром. Посторонился, вежливо улыбнулся.
— Здравствуйте.
— Здравствуйте, сынок. — степенно кивнула та в ответ.
Боря снова стал худым интеллигентом с кожаным дипломатом. Он вышел из подъезда, дошел до своей машины, открыл ключом дверь, сел, положил руки на руль и посидел минуту вспоминая все ли сделал правильно. Кивнув сам себе, завел машину и уехал.
Скоро в квартиру должен был вернуться хозяин. Он ни за что не догадается, что теперь стены его квартиры имеют уши.
Минут через сорок после того, как Иван зашел в ресторан, из-за угла неторопливо подъехал темно-синий «москвич». Встал чуть дальше по улице. В машине двое и один из них тот самый бедолага, которого я рубанул в проулке. Я не переживаю что он меня узнает. Он и не видел, кто его звезданул.
Шпики не курят, почти не разговаривают, не крутят головами. Смотрят лениво, как будто им вообще все безразлично. Еще через пятнадцать минут из ресторана вышел Иван. Сел в свою машину и уехал. Я дал шпикам тронуться следом, отпустил их подальше и только потом завел двигатель. А что, лучше сяду «на хвост» не Ивану, а шпикам, что за ним следят. Так меньше вариантов запалиться. Они-то точно не ждут, что кто-то приклеится следом.
Иван сначала поехал в спортзал. Старый ДК с пристройкой. Я даже усмехнулся. Не бросил тренироваться. Это на него похоже. А нам с Игорем полезно для легенды. Иван зашел внутрь с большой спортивной сумкой.
Мы с наружкой его терпеливо ждали. Я встал за квартал, у хлебного магазина. Те двое припарковались ближе. Меня не замечали, да и не должны были.