— Понял — кивнул Игнатов, и кинув последний взгляд на мужика, привязанного к стулу, вышел из помещения.
Вечер 23 августа 1991 года. Закрытый охраняемый поселок на западе Подмосковья. Двухэтажная дача Потапова.
В большом зале стоял полумрак. Свет давал только торшер возле кресла и телевизор, подключенный к видеомагнитофону «Panasonic». На экране шел американский боевик — погоня, стрельба, мелькающие полицейские мигалки. Звук был убавлен почти до минимума.
За окном было темно. Где-то далеко лаяла собака. Временами по участку проходил охранник. Второй должен сидеть в домике у ворот и пялиться в монитор, на который сходились изображения с нескольких новомодных видеокамер, расставленных по периметру
Егор Владимирович сидел в глубоком кожаном кресле, вытянув ноги. Импортный спортивный костюм, на ногах мягкие домашние тапочки. На низком столике стояла бутылка пятизвездочного армянского коньяка, пузатый бокал и пепельница, полная окурков. Жена и дочь уже давно спали в своих спальнях на втором этаже, а ему все было не до сна.
Последние несколько суток вымотали даже его. Телевизор продолжал мигать голубоватым светом, когда на столике рядом неожиданно зазвонил телефон. Потапов взял трубку почти сразу.
— Слушаю.
В трубке послышался знакомый спокойный голос.
— Не разбудил, Егор?
Потапов чуть усмехнулся.
— После таких дней уже хрен уснешь. Здравствуй, Саша.
— Здравствуй.
На несколько секунд повисла пауза. Где-то в трубке слышались приглушенные голоса, хлопанье дверей, какая-то суета. У Кормакова работа даже не заканчивалась.
— Ну что, поздравляю тебя, — негромко сказал Потапов. — Выстояли.
— Пока да, — спокойно ответил Кормаков. — Но ты же понимаешь… теперь самое интересное только начинается.
Потапов хмыкнул.
— Это я уже понял.
Он медленно взял бокал и сделал небольшой глоток коньяка.
— Звонишь поблагодарить?
— И за этим тоже, — ответил Кормаков. — Помощь твоя очень вовремя пришлась. Особенно в первую ночь.
Потапов ничего не ответил.
— Володька у тебя молодец, — продолжил Кормаков. — Очень ценный кадр.
Егор Владимирович чуть прищурился.
— Он у меня толковый.
— Не просто толковый. — В голосе Кормакова впервые прозвучал настоящий интерес. — Спокойный. Организованный. И главное — не теряется, когда вокруг бардак начинается. Таких людей сейчас мало.
Потапов усмехнулся.
— Афган его хорошо выучил.
— Это видно.
Кормаков ненадолго замолчал.
— Его люди тоже нормально отработали. Если бы не они, у нас там могло все гораздо хуже пойти.
Потапов перевел взгляд на темное окно.
— Слышал, были какие-то проблемы?
— Были. — коротко ответил Кормаков. — Но твои парни вовремя их закрыли.
Несколько секунд оба молчали. Каждый прекрасно понимал, что речь идет не только о провокаторах или вооруженных идиотах. Наконец Кормаков снова заговорил:
— Борис Николаевич людей, которые были рядом в трудный момент, запоминает хорошо.
Потапов чуть усмехнулся.
— Надеюсь, память у него получше, чем у Мишки.
Кормаков негромко хохотнул.
— Сейчас многие резко память тренировать начали.
— Это точно.
На экране телевизора герой боевика кого-то бил прямо возле полицейской машины, но Потапову это было совсем не интересно. Он задумчиво смотрел в темное окно.
— Времена меняются, Егор Владимирович, — уже серьезно сказал Кормаков. — Скоро понадобятся надежные люди. Очень много надежных людей.
— Значит будет много работы.
— Будет, — подтвердил Кормаков. — И большая драка тоже будет. Страна сейчас как туша выброшенного на берег кита. Очень многие захотят урвать себе кусок…
Потапов медленно покрутил бокал в руке. Вот оно. Наконец прозвучало вслух то, о чем он сам думал последние месяцы. Старой системы больше нет. Внешне пока еще все по-прежнему. Еще работают министерства. Еще сидят генералы в кабинетах. Еще висят красные флаги. Но внутри все уже рухнуло. Теперь начиналась совсем другая эпоха. И в этой эпохе выживут не самые честные. И не самые правильные. А самые быстрые. Самые жесткие. И самые организованные.
— Ладно, Егор Владимирович, — сказал Кормаков. — Не буду отвлекать. Дел сейчас выше крыши.
— Давай, Саша.
— И еще… передай Володьке спасибо от меня лично.
— Передам.
— До связи.
— До связи.
В трубке пошли короткие гудки. Потапов положил ее на телефон. Потом поднялся с кресла и подошел к большому окну. Он долго смотрел в темноту, на мигающие на небе звезды и размышлял. Игнатов не подвел. Три года назад он сделал правильный выбор поставив на этого человека и собрав хорошую боевую команду. Теперь пришла пора действовать и снимать сливки.