— Потому что дом — это будет следующий шаг. Ему должно быть, что терять. А мне пока надо, чтобы он подумал.
— Он не будет думать, — буркнул Малхаз. — Он слишком борзый.
— Будет, — сказал Гурам. — Когда утром увидит, что у него осталось от кафе.
В машине снова стало тихо.
Гоча смотрел вперед.
— Сжечь?
— Да. Но аккуратно, чтобы не было много шума. Не спалите весь квартал.
Он не договорил.
Да и не надо было.
Гоча все понял.
Малхаз сжал кулаки.
— Можно я сделаю?
Гурам даже не повернулся.
— Нет.
— Почему?
— Потому что, ты уже сегодня показал, как умеешь думать.
Малхаз побледнел от злости, но промолчал.
— Сделают другие, — сказал Гоча.
— Аккуратно, — добавил Гурам. — Чтобы все выглядело как случайность, но он понял, что это не случайность.
— Понял.
Гурам снова посмотрел в окно.
— И еще.
— Да?
— Последите за его домом. После кафе он может дернуться. Если полезет отвечать — не останавливать сразу. Посмотреть, куда побежит. К кому. Кто за него поднимется.
Машина свернула на более широкую улицу.
Гурам молчал с минуту. Потом задумчиво сказал
— Он не испугался меня.
Гоча не ответил.
— И это плохо, — продолжил Гурам. — Не потому, что меня это задело. А потому, что другие могут воспринять это как руководство к действию. Сегодня один уперся, завтра второй попробует. Потом третий. Так власть и теряют.
— Значит, надо показать что упрямство дорого стоит.
— Да, — сказал Гурам. — Но не как Малхаз. Умнее и тоньше.
Он снова закрыл глаза.
— Сначала заберем у него спокойствие.
Гоча кивнул.
— Сделаю.
Малхаз обиженно отвернулся к окну.
Гурам уже не думал о десяти тысячах. Деньги были только поводом. Теперь вопрос был в другом.
Глава 6
Утром в девять звоню с переговорного пункта соседям. Трубку поднимает Юля. Слышу ее мелодичное «алло». Черт! Лучше бы я попал на кого угодно, только не на нее. Но, делать нечего. Спокойно говорю
— Юля, привет! Это Юра.
— Ах, это сам Юрий Антонович нам звонят, — голос Юли становится утонченно язвительным. — Давненько не виделись. И что же это вас сподвигло вспомнить о скромной девушке, живущей по соседству?
— Юль, у меня только один маленький конкретный вопросик.
— Надеюсь, вопрос не личного характера? Мы с вами не настолько хорошо знакомы, чтобы я отвечала на подобные вопросы.
— Нет, Юль. Не личного. — делаю над собой усилие, чтобы не рассмеяться. — Мой вопрос носит исключительно деловой характер.
— Ну, тогда я вас слушаю.
— Не могла бы ты выглянуть и посмотреть, все ли в порядке с моим домом? Я вчера уезжал в спешке, и оставил твоему отцу ключи, на всякий случай, но забыл, закрыл ли окна. Посмотри, пожалуйста. Меня теперь долго не будет, а скоро зарядят дожди. Чтобы не позаливало мне все комнаты.
— Так ты не в Анапе? — голос Юли сразу резко меняется и в нем явно слышится грусть.
— Нет.
— А куда ты поехал?
— В Таганрог, — вру ей — Там у меня старая и больная тетка, буду теперь у нее жить и ухаживать.
В трубке возникает пауза, а потом снова язвительно.
— Врун. Ни в каком ты не Таганроге, и никакой больной тетки у тебя нет. А ухаживать такой тип как ты, может только за всякими профурсетками.
Не обращаю внимание на «вруна». Тем более, что это чистая правда. Профурсеток тоже пропускаю мимо ушей
— Так, посмотришь? — мой голос становится просительным.
— А что мне за это будет? — Уже торгуется Юля.
— Я тебе привезу целый килограмм вкуснющих шоколадных конфет. — делаю попытку откупиться малой кровью.
— Фи-и, — разочарованно тянет Юля — что я маленькая мне конфеты везти?
— А что ты хочешь?
— Хочу, чтобы ты сводил меня в кино. — делает попытку Юля.
— Нет Юль, на энто я пойтить не могу. Твой батя тогда сделает из меня чучело, набьет соломой и выставит на огороде ворон пугать. Так что, мне легче перезвонить позже прямо ему и сохранить свою драгоценную шкуру в целости.
— Ладно, согласна на конфеты, — вздыхает Юля. — Сейчас пойду гляну.
— Юль. — делаю паузу — Только к дому не подходи. Просто со двора через забор глянь, закрыты ли окна, и нет ли чего, что я забыл.
— А почему? — сразу интересуется она.
— Потому, что я там отравы от муравьев насыпал везде. Занесешь на ногах, потом ваша Мурка, не дай бог, заболеет и я виноватым буду.
— Хорошо.
Она кладет трубку, и я слышу удаляющиеся шаги. Сижу рассматриваю помещение переговорного пункта через затемненное стекло своей кабинки. Наконец в трубке раздается голос.
— Все в порядке. Окна закрыты, никаких проблем нет. И с тебя, кстати, «Мишки на Севере».