Кастета он узнал сразу. Фотография в деле, несмотря на то, что была сделана уже давно, довольно сильно походила на оригинал, который ввалился сквозь двери и теперь с интересом рассматривал помещение забегаловки. Это был широкоплечий тип с квадратной челюстью, льдисто холодными голубыми глазами и коротким ежиком светлых волос. Одет он был в черные джинсы и черную кожаную куртку. Кастет, бегло изучив посетителей забегаловки, по описанию, безошибочно определил заказчика и двинулся к его столику. Подойдя ближе, вежливо поинтересовался.
— Присесть можно?
— Садись — кивнул Игнатов.
Кастет сел напротив и молча уставился на заказчика. Он сидел с бесстрастным лицом и не собирался начинать разговор первым. Игнатов, в свою очередь, изучал его. На лице Кастета крупными буквами был написан род его занятий и весь внешний вид только подчеркивал это впечатление — опасного типа, от которого нормальным людям лучше держаться подальше
Молчание затягивалось. Наконец, Игнатов достал из кармана куртки два конверта. Он положил первый конверт на стол и придвинул его ближе к Кастету. Второй пока оставался у него в руках.
— Здесь фотографии людей. Этих нужно хорошенько обработать и сказать, чтобы завязывали с фондами Зимина, иначе в следующий раз, будет хуже. — сказал Игнатов глядя в глаза собеседнику.
Кастет неторопливо взял конверт и раскрыл. В нем было три фотографии. Он вытащил все и разложил перед собой веером. Внимательно посмотрел на лица, затем перевернул. На обратной стороне, простым карандашом, аккуратным разборчивым почерком были записаны адреса. Кивнув и ухмыльнувшись, он засунул фотографии обратно в конверт и снова вопрошающе уставился на Игнатова.
— Сколько у тебя людей?
— Со мной вместе будет шестеро, на двух машинах.
Игнатов положил на стол и подвинул второй конверт.
— Здесь пять тысяч долларов — это на всех. Кроме работы с конкретными людьми, нужно устроить налет на центральную проходную завода. На проходной нужен шум. Повалите охрану, обработайте пару активистов, чтобы рабочие видели. Кто-то, чтобы это слышали потерпевшие, должен упомянуть, что Вахо приказал хорошо поучить дураков, чтобы знали за кем сила. Только не театрально, а естественно. Как будто вырвалось само.
— Сделаем, — кивнул Кастет.
— Смотри, — Игнатов внушительно посмотрел собеседнику в глаза — бить аккуратно. Мне не нужны ни трупы, ни инвалиды. Пусть это будет обычная хулиганка, без тяжелых последствий.
— Понял, начальник — снова кивнул Кастет только по одним известным ему приметам распознавший в Игнатове мента.
— Везде где работаете, упоминаете имя Вахо. После того как сделаете дело, сразу валите из города. Никаких кабаков и баб. Чтобы вашего духа больше там не было.
— Понял.
— Тогда свободен.
Кастет встал из-за стола и не попрощавшись пошел на выход. Выйдя из забегаловки, он остановился, вытащил конверт с деньгами и посмотрел внутрь. Довольно улыбнувшись, он спрятал конверт обратно во внутренний карман куртки и сел в неприметную зеленую девятку с наглухо затонированными стеклами, стоявшую рядом со входом. Девятка сразу же сорвалась с места, вырулив на трассу и нагло влившись в общий поток.
Игнатов не вышел сразу, а так и остался сидеть за столом. Нужно выждать время, чтобы Кастет убрался подальше. Ему не нравилась эта часть его работы, но большие дела не делаются в белых перчатках. Кому-то нужно лезть в самую грязь и разгребать ее, чтобы потом все со стороны было чистеньким и красивым. Кастета ему порекомендовал один из надежных агентов. Сказал, что под ним ходит небольшая бригада. Сам Кастет и туповат, но исполнитель надежный, а главное — умеет молчать. Попавшись на грабеже пять лет назад, как ни ломали его опера, он не сдал подельников и оттянул весь срок сам.
Игнатов не полагался только на слова агента. Кастета ничего не связывало ни с Энском, ни с ним самим. Он не знает, на кого работает и зачем. Просто исполняет заказ, за хорошие, по этим временам деньги. Так что, даже если Кастета и его людей возьмут, он просто не будет знать кого сдавать.
Болгария. Несебр. Спустя несколько дней.
Мое утро началось, как и обычно — на старом бетонном причале набережной Несебра. Я уже давно облюбовал это место для утренних тренировок. Несмотря на то, что у меня во дворе дома есть отлично оборудованная площадка для занятий, мне все же нравится утром прибегать из Равды именно сюда.
Встаю я рано — в пять утра. Умывшись, надеваю на себя спортивный костюм, мягкие кроссовки и бегу несколько километров вдоль дороги к набережной Несебра. За спиной болтается небольшой рюкзачок, в котором находится коврик, полотенце и сменные плавки. Сейчас, осенью светает гораздо позже, и я выхожу из дома еще затемно. Но это не мешает. В столь раннее время, на дороге почти нет машин, а на улицах — людей.