Вахо любезно кивнул юристу, который при последних словах чуть усмехнулся, но сделал это почти незаметно.
— Но все налетчики во время нападения громко называли ваше имя, — сухо сказал Зимин.
— Именно поэтому я приехал сюда к вам, чтобы сразу разобраться с этим вопросом и постараться наладить с вами нормальные отношения.
— Удобно, — покачал головой Зимин — Но слабо верится. Все это больше похоже на создание повода для встречи. Сначала ударить, а затем приехать и ставить свои условия.
— Ну подумайте сами, Николай Андреевич, — усмехнулся Вахо, не моргнув глазом на прямое обвинение. — Это же абсолютно нелогично. Неужели вы думаете, что я настолько глуп, чтобы послать шестерых ряженых дураков с битами на ваш завод и велеть им орать на каждом углу свое имя?
— Возможно это была попытка запугать коллектив завода и его администрацию — предположил Малышев. — Мы ведь знаем ваше прошлое, вашу репутацию и поэтому не так уж глупо показать таким образом что у вас есть здесь интерес. Хоть вы и маскируетесь, но нам хорошо известно, что именно ваши конторки скупают по всему городу ваучеры. И о ваших амбициях касательно завода мы тоже хорошо знаем.
— И вы здесь абсолютно правы — улыбнулся Вахо — У меня действительно есть интерес к Энскому металлургическому комбинату, и я, абсолютно законным способом, без запугиваний и угроз, пытаюсь собрать пакет ваучеров для его приватизации. Но мне не нужен контрольный пакет акций и лезть в управление вашим заводом я тоже не хочу. Вы можете считать меня благожелательно настроенным инвестором, который хочет помочь вывести завод из затруднительной ситуации, в которую он попал, и конечно же на этом заработать… Не без этого.
Вахо сделал паузу, оглядывая присутствующих, а потом поднял указательный палец вверх.
— Но, я хочу заработать не один, а вместе с вами — с текущей администрацией завода. Я ничего не понимаю ни в литье, ни в домнах, ни в прочих заводских премудростях, но я знаю, как зарабатывать деньги. Вы движущая сила и не ваша вина в сложившейся в стране ситуации. Я понимаю, что завод нужно поддержать и именно вместе с текущей администрацией, доказавшей свою компетентность в управлении предприятием.
— Не нужно мне лекций про завод, — раздраженно бросил Зимин. — Я на нем уже сорок лет работаю и о ситуации в стране знаю не меньше вашего.
— Именно поэтому я и говорю, давайте договоримся к взаимной выгоде. Я не лезу в вашу кухню, делами завода управляете вы, а улицу и другие подобные моменты оставьте мне. — не смутившись ответил Вахо.
— А что вы хотите за свою поддержку? — спросил юрист.
— Ничего сверхъестественного, Лев Валерьянович, — улыбнулся Каладзе — Мне нужен мой пакет, мой голос на собрании акционеров. Нормальные коммерческие договоренности, между мной и вашими предприятиями и поверьте, я, как будущий акционер, хочу работать долго и успешно, поэтому кровно заинтересован в процветании предприятия. Но мне нужно понимание, что мои интересы будут учитываться и о мое мнение не будут вытирать ноги.
— То есть, иными словами, вы хотите долю в предприятии? — уточнил юрист.
— Да, именно долю, — не стал увиливать Вахо. — Но не директорское кресло и не контрольный пакет. Заводом должны управлять люди, которые его знают. Вы, ваши инженеры, цеховики. Я не полезу в управление заводом. Мне просто это не интересно. Мне интересно зарабатывать. Так давайте зарабатывать вместе.
— А что вы можете предложить взамен? — угрюмо спросил молчавший до этого Зимин.
— Состоявшееся на днях нападение на проходную и на администрацию завода, высветило то, что у вас нет защитного контура. Милиция в данном случае вам не поможет. Не потому, что не хочет, а потому, что не может из-за ограниченности ресурса и связанности некоторыми условностями. Я, со своей стороны, имею возможности и не связан никакими условностями, если вы понимаете, о чем я…
Вахо многозначительно оглядел участников собрания и продолжил.
— Вам нужны те, кто может ответить налетчикам на их языке.
— Значит, вы предлагаете пустить криминал на завод? — ехидно поинтересовался Малышев.
Вахо посмотрел на него и покачал головой.
— Если вы под криминалом имеете в виду меня, то я уже на заводе, через ваучеры и через людей, которые мне их продали. И через тех, кто мне их еще продаст. Вопрос сейчас не в том, пустите вы меня или нет. Вопрос в том, будем ли мы с вами воевать, пока третья сторона, организовавшая провокацию, будет прибирать к рукам это предприятие, или, предпочтем объединиться и вышибить эту третью сторону.
— Под третьей стороной вы понимаете Потапова? — спросил Зимин.
— Не я назвал эту фамилию, — кивнул Вахо, — но если вы хотите, то да. В настоящее время есть три стороны, которые могут претендовать на что-то на этом заводе. И кстати, Потапову, в отличие от меня, не нужна нынешняя администрация. У него будут свои управленцы.