— Эй, новенький. Иди сюда. Слышь, новенький…
Донеслось до него через некоторое время. Иван открыл глаза и увидел, что лысый манит его рукой к себе. Иван встал и подошел к нарам. Его сразу обступили сзади подручные лысого. Иван повел шеей. Он не любил, когда кто-то стоял сзади, но пока решил не обострять.
— За что взяли? — требовательно спросил лысый, от которого не укрылось недовольство Ивана.
— Дело шьют, — коротко ответил тот.
— Ну, а что шьют-то? — не отвязывался лысый.
— Наркоту.
— Наркоту, просто так не шьют, — усмехнулся лысый. — значит, где-то рядом с тобой лежала.
— Положили, вот и лежала, — усмехнулся Иван.
— А ты, я смотрю, спокойный. — прищурился лысый. — Не в первый раз дело шьют?
— Не в первый. — согласился Иван.
— А в первый, что шили?
— Хищение со склада.
— Вот я же говорю коммерс — ухмыльнулся лысый и посмотрел на сидевшего рядом мужичка. — В первый раз со склада государственный товар загнал, сейчас наркотой барыжил.
— Ну может и правду говорит, — пожал плечами мужичок и посмотрел на Ивана и спросил:
— Склад после другого принял?
— Да, — кивнул Иван.
— При передаче ревизию нормально не дали провести?
— Не дали.
— А что конкретно повесили?
— Несколько тонн соляры.
— Прилично, — кивнул мужичок. — Где чалился?
— На общем — Иван назвал номер колонии — три года.
— А здесь в Москве чем занимался? — снова вмешался в разговор бритый.
— Делами. — ответил Иван.
— Своими?
— В том числе.
— А еще чьими?
— Людей.
— Что умный слишком? — лысому явно не нравилась манера общения Ивана. — Я же тебя нормально спрашиваю, чего ты кобенишься?
— А ты с какой целью интересуешься? — спросил Иван, решив пойти на обострение — Тебя с какой стороны волнует, кто я и чем занимался? Я же к тебе не лезу с вопросами.
— Люди должны знать, кто к ним зашел. — Глаза лысого стали острыми.
— Людям отвечу, когда спросят, — отрезал Иван — Я тебя не знаю. Ты не представился, да и с какой стати, я должен тебе о своих делах докладывать?
После этих слов Ивана в камере разговоры затихли. Все напряженно ждали развязки. Лысый кивнул и на Ивана сзади набросились двое, пытаясь вывернуть руки и повалить на пол. Иван вывернулся и сильно оттолкнул первого, крючком подцепив его ногу, заставив пролететь через проход и врезаться в других арестантов. Второго, он сбил подсечкой, бросив на пол и тотчас же сделал шаг назад, внимательно наблюдая за остальными и готовый к новой схватке.
Арестанты сзади шарахнулись подальше от места стычки. Трое людей лысого встали со шконок и смотрели на главаря ожидая его сигнала. Двое, которых Иван сбил с ног, кряхтя поднялись с пола, но в драку тоже пока не лезли.
От резкого движения пуговицы на рубашке Ивана лопнули. Рубашка разошлась на груди, и лысый увидел пулевой шрам.
— Воевал? Афган? — криво усмехнулся он, сверля глазами Ивана.
— Да. — кивнул тот, не теряя концентрации и готовый к любому развитию событий.
— С «афганцами» значит работаешь… Ладно, — кивнул лысый. — Иди на свое место, потом еще пообщаемся.
Иван вернулся на свое место, снова сев на свой пиджак. Арестанты по бокам отодвинулись, давая ему свободное место. Иван сидел, обдумывая дальнейший план действий. Ночью, когда он уснет, лысый и его люди могли попробовать взять реванш. У них было преимущество, их много, и они могут спать по очереди, ожидая пока Иван не выдержит и уснет.
В камере все шло своим чередом. Мерный гул разговоров заполнял помещение. Иван все так же сидел с полуприкрытыми глазами и сканировал обстановку. Лысый и его люди никакого интереса больше к нему не проявляли. Но это мнимое спокойствие не обманывало Ивана. Все могло измениться в любой момент.
Лязгнул замок и откинулась кормушка на двери. Почти все в камере заинтересованно повернулись к двери. В проеме мелькнуло чье-то лицо. Лысый, увидев кто за дверью, сразу же сорвался с места и подскочил к кормушке. Там зашептались. Лысый посмотрел на Ивана. Взгляд у него уже был другим. Кормушка захлопнулась, но лысый вместо того, чтобы вернуться на свои нары подошел к Ивану и сел на корточки.
— Быстро сдристнули отсюда, — коротко бросил он сидевшим рядом с Иваном арестантам.
Те безмолвно подобрали свои вещи и ушли подальше.
— Что же ты братишка не сказал, что с уважаемыми людьми работаешь? — укоризненно сказал лысый. — Мы тебя за обычного барыгу приняли, так что душевно извиняемся. Вот тебе малява с воли.
— Ничего, проехали — кивнул Иван, принимая в руку маленький свернутый рулончик бумаги.
Он немедленно развернул рулончик. Внутри было написано. «Держись. Твоими делами уже занимаются.» Иван тщательно разорвал бумажку и обрывки положил в карман решив их утопить позже в параше.