Примерно в двадцать три часа где-то в горах раздались звуки далеких взрывов, и почти одновременно по рации пришла команда отправляться к месту переправы. Хорошо, что мне уже не понадобилось вести машину и я, как и остальные кандидаты, проделал весь путь в качестве пассажира в кабине грузовика. Колонна из пяти машин, с выключенными фарами, медленно шла по дороге буквально на ощупь. Весь недолгий путь до места переправы мы слышали далекое уханье взрывов и звуки стрельбы. У реки нас уже ждал наведенный понтонный мост. Здесь же, с нашей стороны, располагались выложенные из тяжелых валунов огневые точки с пулеметами «Утес» венчающими эти оборонительные сооружения.
Высокий парень, одетый в полушубок, вышел из-за укрытия и поднял руку. Колонна остановилась. Из стоявших по обе стороны укреплений в нашу сторону навелись стволы пулеметов. Майор Иванов выскочил из передней машины и о чем-то быстро переговорил с встречающим. Тот кивнул и, взмахнув рукой, дал разрешение проезд. Грузовики один за другим встали под выгрузку, а из темноты внезапно выросли фигуры бойцов с тележками. Все мы тотчас повыскакивали из кабин, и стали помогать местным спецназовцам, выгружать тяжелые ящики из кузова. Работа шла почти без слов и очень быстро. Мы с Бесом, стоя в кузове, подавали груз парням, а те складывали его на берегу, или укладывали на тележки, которые потом исчезали в темноте влекомые универсальным движителем в одну человеческую силу. Шерхан с Горцем помогали выгружать вторую машину. Иногда в поле зрения возникали большие грузовые тележки, которые тащили за собой покладистые ослы, и это было даже забавно. Мы и оглянуться не успели, как все пять машин были выгружены и отправлены в обратную дорогу. Вся операция по выгрузке и перевалке грузов через понтонный мост заняла не более получаса. Как мы узнали уже потом, далекие взрывы и стрельба были затеяны специально ради отвлечения внимания «духов» от переправы и эта уловка сработала.
У меня перед глазами проносятся все события сегодняшнего очень длинного и тяжелого дня. Потом вспоминаю первую чеченскую и вижу, что мы к тому времени очень многое потеряли. Здесь в Афгане, уровень организации сейчас гораздо выше, чем будет потом у нас в начале девяностых. Война в Афганистане идет уже почти шесть лет, и к этому времени был набран и осмыслен большой опыт, вылившийся в очень грамотную организацию обороны ключевых дорог, проводке автоколонн, устройству опорных точек на маршрутах и организации логистики в целом в очень сложных условиях горных дорог. Без правильно организованной логистики, то есть своевременной доставки в подразделения ведущим боевые действия: оружия, боеприпасов, продовольствия и многого, многого другого, не может быть никакой победы. К провальным девяностым, многие опытные офицеры прошедшие Афган, останутся в других республиках, другие, разочаровавшись, уйдут из армии, а кто-то просто погибнет в те проклятые годы не вынеся разочарования от развала могучей некогда страны и ощущения собственной ненужности. И получится так, что в первую чеченскую тем, кто отзовется на призыв Родины, придется многое изобретать и придумывать заново, что будет стоить нам многих сотен жизней наших пацанов.
Многие умники потом будут говорить, что войну в Афганистане мы проиграли. Это ложь. Война в Афганистане — была прокси войной на территории сопредельной с нами страны между двумя великими сверх державами. Запад и в первую очередь США, руками обученных и вооруженных новейшим оружием моджахедов, вели партизанскую террористическую войну против нового Афганистана и его правительства. Советский Союз открыто военной силой поддерживал дружественное нам правительство соседней страны. Это не было оккупацией. Огромное количество самих афганцев, приветствовало перемены, которые принес им СССР. Советский Союз строил заводы, дороги, электростанции, больницы, помогал развивать экономику. Страна демонстрировала уверенный экономический рост, условия жизни местного населения заметно улучшались и многим афганцам это пришлось по сердцу. Но были и те, кто выступал резко против перемен. Открытую войну против объединенных советско-афганских сил противники перемен, поддержанные блоком НАТО, не потянули бы, поэтому они и использовали террористическую тактику налетов на конвои и кишлаки, подрывы мостов и дорог, запугивания населения и уничтожения местных активистов. К 1989 году все провинции Афганистана и крупные города находились под контролем правительства. Моджахеды обосновывались в маленьких кишлаках и в горах, не в силах сделать что-то большее. Были неоднократные попытки захватить целые провинции, но все они заканчивались неудачами.