— Не слышал, — пожимает плечами Шерхан, и уточняет — А откуда он, и что выигрывал? Я легкой атлетикой занимался в юности и мне близка эта тема.
— По моему он с Ямайки, но это не точно, — отвечаю товарищу, делано зевая и отворачиваясь в сторону. — А что выигрывал, точно не помню, Я где-то имя услышал вот и врезалось в память.
— Ваш Быков конечно зверь, — спасает меня Эдик, обращаясь к Козлову и переводя разговор. — Я еще никогда так не пахал как здесь. И злой он какой-то, ну прямо тиран. Я разное повидал, но здесь с жесткостью прямо перебор.
— Э-э, брат, не суди так поспешно, — качает головой Козлов. — Пока у нас Быков не появился, тут такие потери были… Сам прикинь, нас в отряде тут и полтысячи не наберется, а в зоне нашей ответственности — больше пяти тысяч «духов», если считать пакистанские лагеря у границы. После Мараварской бойни в прошлом году, когда мы потеряли больше тридцати бойцов, он на два месяца запретил все выходы и гонял на всех по полигону днем и ночью. Нам тогда небо с овчинку казалось. Но зато, с тех пор, потери в отряде резко упали несмотря на то, что количество рейдов значительно увеличилось. У нас каждый боец выдрессирован как следует, и хорошо знает, что и как делать в любой ситуации. Гриша командир жесткий и резкий, но справедливый. Просто так не накажет и за каждого бойца глотку готов порвать штабным. Опять же, при нем снабжение у нас резко улучшилось, умеет он выбивать из центра все, что нужно. У нас пацаны на него прямо молятся.
Ночь. Полная луна. Температура около минус десяти. Отряд в составе двадцати человек идет по крутой горной тропе. Ведет отряд сам Гриша Кунарский. Для нашей четверки это первый здесь боевой выход и у каждого из нас внутри легкий мандраж. По полученной информации завтра рано утром по одной из троп в дальнем ущелье пройдет караван с оружием. Ожидается более 50 духов, которые должны подобно вьючным животным тащить на себе целую гору оружия. В основном они тащат закупленное американцами через третьи страны оружие советского и китайского производства: автоматы АК-47 и АКМ, снайперские винтовки, РПГ, пулеметы ДШК и другое, но в последнее время, все больше появляется нового оружия и среди него есть одно, коренным образом изменившее ситуацию в афганской войне — это ЗРК «Стингер».
С появлением «Стингеров», резко возросли потери советских самолетов и вертолетов. В горной местности, где можно скрытно разместить операторов, это оружие позволяет эффективно ставить засады на путях движения наших птичек. Вычислить наводчиков «Стингеров» очень непросто. Районы, где они могут располагаться, весьма обширны, и все их не перекрыть, просто не хватит сил. Гораздо эффективней уничтожать караваны перевозящие оружие прямо на границе.
Именно поэтому, мы и идем сейчас растянувшись цепочкой по крутой горной тропе. Впереди основной группы двигается боевое охранение, задача которого обнаружить возможную засаду противника. Здесь все так. Охотимся мы, и охотятся на нас. Перехватить рейдовую группу «Асадабадских егерей» с самим Гришей Кунарским во главе — давняя мечта местных «духов».
Позади уже несколько часов перехода, я тащу на себе АГС-17. Машинка что надо для здешних мест. Прицельная дальность свыше 1700 метров, скорострельность 400 выстрелов в минуту, радиус поражения гранаты 7 метров. Вот только тяжелая зараза. Вес без станка — 18 килограмм. Станок весом в 12 килограмм и запас гранат тащит Бес, так что у него нагрузка поболее моей будет. У нас с ним боевой расчет, который в шутку кличут «нечистой силой». Ну, а что — Бес и Отморозок, чем не горная нечисть?
Горец вместе с Шерханом волокут на себе «Утес» с боезапасом. Эдик отличный пулеметчик и командир, это сразу заметил, скомпоновав его со снайпером Шерханом.
Мы уже где то рядом с целью. Группа останавливается и замирает на скалах. Передовой развед-дозор уже встретил наших дальних разведчиков, которые стерегут тропу и ожидают прибытие рейдовой группы. Наличие таких дальних развед-групп, уходящих на долгие дни в горы и наблюдающих за обстановкой фирменный стиль Быкова. Именно это позволяет избегать засад «духов» и вычислять караванные тропы противника. Дальние развед-группы — это элита отряда, в них попадают только самые опытные бойцы, способные выживать автономно в горах по несколько дней.
Тем временем Быков, выяснив обстановку раздает задачи. Добравшись до меня с Бесом, он определяет нашему расчету точку на скале, слева от основной тропы, с которой вся окружающая местность видна как на ладони. Мы должны вступить в дело по сигналу, в тот момент, когда весь караван «духов» втянется в долину. Очень важно оговорить основные и резервные условные сигналы для всего рейдового отряда. В засаде соблюдается абсолютное радиомолчание. Можно только слушать эфир. Но управляемость отрядом и своевременное отдание приказов — это насущная необходимость, поэтому у нас выработана система сигналов: щелчков, стуков и иных звуков, которыми идет общение в эфире вместо голоса. Для каждого расчета они свои, чтобы было сразу понятно, кто докладывает. В бою запрет на голос снимается, но все равно, общение идет не прямой речью, а кодовыми словами, чтобы противник не мог понять, наши переговоры в эфире. Перед выходом мы все заучили на карте наизусть описание ориентиров и контрольных точек предстоящего места боя, и теперь должны понимать друг друга с полуслова.